There Is No Day: заметки с тегом постмодерн

Романтика раннего апокалипсиса из дневников ирландского капитана. Эксперимент №3

Jago De Holоn — Wed, 13 Jul 2022 17:20:25 +0000

Всем доброго времени суток! В третьем выпуске нашего экспериментального подкаста мы чуть возвысимся над артериальным давлением в духе 160х110 и поговорим о снах 2009-го и 2010-го годов. К сожалению из тех времён удалось зафиксировать лишь парочку ярких сюжетов, зато на их основе были написаны такие произведения одного из ваших непостоянных авторов как Приём Геймлиха и Кубок бесконечности.
Ниже будут прикреплены ссылки, а в аудиофайле наслаждайтесь первоисточниками.

https://vk.com/thereisnoday?w=wall-162689665_50
https://vk.com/thereisnoday?w=wall-162689665_17

Краткие поправки:

Знаменитый мысковский «Белый дом» лишь в пределах сна имел протяжённость 500 м. и являлся пристанищем алкоголиков. В реальности это было типовое здание около 25х25 метров.

#сон #сновидение #культура #thereisnoday

Romantika-rannego-apokalipsisa-iz-dnevnikov-irlandskogo-kapitana.mp3

Культурная версия №1. ПЛЮМБУМ или СОЦИАЛ-РЕАЛИСТИЧЕСКИЙ ОБРАЗ СУПЕРГЕРОЯ

Jago De Holоn — Wed, 04 Aug 2021 08:27:29 +0000

Недавно ваш автор пришёл тут к такому вот выводу, что пишет он исключительно для небольшой группы своих фанатов, которые к нему то приходят, то уходят. Такова жизнь. Меняются приоритеты, обстоятельства и прочее. Ничего личного, такова жизнь, да и цели создавать секту имени себя тоже никто не собирается. Почему под брендом There is no Day выходит материал «адекватный» и «взвешенный». Ну насколько хватит автора. Тот же старается быть максимально соц. реалистичным в своём фентезийном аспекте и если заявляет супергероев, так вносит в их жизнь всю постсовествкую провинцию с постсовесткими ларьками, продающими постмодерновое пиво в пластиковой таре. Пауки и летучие мыши — эти перевоплощения для Франца Кафки мы и оставим, как и всякие сомнительные напитки. Рассказ «Не лучший супергеройский день» разгуливал по соцсетям вордовскими файлами и вот от некоторых поклонников получил оценку: мол де «так супергерои не живут, а если и живут — люди это не поймут». Сие творение обещает быть отредактированным и выпущенным под эгидой издания There is no Day, а пока хотелось бы перейти к более высокой культуре. На канале Вторсырьё ТВ мы частенько затрагиваем темы фильмов перестройки или всякие списки лент с «предсказанием скоропостижного ухода СССР под руководство Аида». Святые 90-е — это вот как раз переправа через реку Стикс под руководством подвыпившего Харона. По ходу из-за этого сервисы, где вышеуказанный канал пытается вести свою деятельность, предложили мне продолжить вечер доселе неизвестным фильмом «Плюмбум или опасная игра» 1987 года. В этом дне и так было много чего советского. Например, красный флаг с серпом и молотом, украшавшим вывеску «Продукты» в городе Узловая. Почему сие предложение каким-то контрастом с увиденным этим днём мало вызывало. К тому же данный шедевр, оценённый рядом премий того же 87-го года выпуска, должен был стать для вашего автора откровением, ибо о его существовании он не подозревал, боровшись в годы выхода ленты Вадима Абдрашитова с младенчеством и дисбактериозом, достигая температуры тела в 39 градусов до того, как это стало мейнстримом.

МАТЧАСТЬ здесь пестрит разного рода народными и заслуженными артистами по разные стороны реки Стикс имени 1991 года, почему здесь выделяется исполнитель главной мужской роли Антон Андросов, ибо титулов у него не было, да и даже съёмки порнографии ему их в итоге не принесли. Впрочем, тогда ещё будущей звезде ближайшей кинематографической пятилетки целоваться удавалось тяжело без режиссёрских инструкций.

СЮЖЕТ начинается лихо с принималова группой оперативников в штатском бригады любителей затусить на чужой зимней дачке и поиграть в картишки под разного рода напитки и беломорчик (скрытой рекламы данного табачного изделия тут тьма). Оказывается, что в этой группе находится свой человек с пышной шевелюрой и весьма моложавым видом, который по-братски готов сотрудничать и выложить без всяких систем GPS местного рецидивиста. По ходу пьесы зритель быстро берёт рецидивиста с красивой подружкой в ресторане, а заодно узнаёт важную информацию о герое в исполнении Антона Андросова.

ПРОТАГОНИСТ этой ленты — молодой человек 15-и лет по имени Русла Гунько, самопровозглашённый борец со злом по кличке «Плюмбум». Он не жертва каких-то репрессий или социальной несправедливости и желание его серьёзно, эскапического подтекста тут нет. Молодой человек успешен в социальной жизни — учится за двоих, полностью здоров, любим и поощряем родителями, а в школе является настоящим примером для подражания. Последний пункт приносит ему такой почёт, что ему чуть ли не на руки выдают одноклассницу Соню, которой и учёбу бы подтянуть, да и влюблённость в Плюмбума тоже бы надо направить в нужное русло. То есть стилистически мы имеем полный пакет соц. реализма, ибо здесь обстоятельства вполне логичны, виды крайне провинциальны и натуралистичны без всякой занавеси тумана. При этом нам тут же заявляют супергероя, ведь Плюмбум или Руслан Чуйко обладает целым набором сверхспособностей и социальных навыков плюс своей легендой и правдой — некто, кто сильнее него морально отобрал у него кассетный магнитофон, открыв ему путь в борьбу со злом. Из жизни тульского постмодерна такой путь открылся основателю дворового театра «Дружба» тоже в подростковом периоде, но та история блистала разными социальными и психологическими сублимациями. Здесь же имеет место быть вполне осознанный выбор и готовность отдать жизнь за бравое дело, некий высокий порыв. Это автоматическая аллегория по отношению к герою из фильма «Остановился поезд» за идеалистический подход и заявка на список фильмов, предсказывающих развал СССР по критерию противопоставления благодетели советского модерна с неприятием в мире постмодерна.

После данных первичных выводов стоит разобрать структуру главного супергероя и про совокупность поступков тоже не забывать. Плюмбум сверхпродуктивен и сверхуспешен. Школьные достижения и домашние мы не будем брать в расчёт. А вот его «супергеройские способности» стоит обсудить.

ФИЗИЧЕСКИ он подготовлен по всем нормам ГТО для своих 15-и лет, но ещё и обладает отсутствием болевого порога. Использует этот навык, когда бросается под машину, по максимуму, что весьма соц. реалистично, ведь в бою со взрослым соперником из опасных слоёв населения он слаб.

ПСИХОЛОГИЧСКИ может Плюмбум и не обладает навыками астрального карате в полной мере, но крайне уверен в себе и здорово подмечает слабые места у соперника. Недаром он весьма неплохо окучивал манекенщицу, чтобы её возлюбленный устроил самовыдачу вол имя благих дел. Да и вливаться в разного рода сомнительные компании у Чуйко получается. Ну ещё бы с такой фамилией.

СЦЕНАРИСТ Александр Миндадзе заслуживает огромного уважение за создание данного образа, учитывая все технические характеристики подросткового организма и психики, ведь логически успех простого советского юноши в опасной игре мы можем объяснить без сложных расчётов. Понятное дело, что вроде как Руслан Чуйко может стать жертвой своей же игры по паре вопиющих причин:

— работает без какого-либо прикрытия, внедряясь в разные криминальные группы

— откровенно бесполезен в бою с превосходящим его в силе и количестве противником в критической ситуации

Но всё поправимо и объяснимо. Его работа происходит с очень разными асоциальными группами, где ещё не так хорошо отлажена или невозможна коммуникация, а его визиты имеют разовый характер. А физический вред ему никто не может причинить в виду того, что угрозы в нём не видят в силу возраста бандиты, а по тем же причинам не берут в оборот и правоохранительные органы. «Это было бы неверно, если бы он отдал свою жизнь в наше мирное время» — вот причина отказа в сотрудничестве, которая проводит параллель с Иваном Бондаревым из «Иванова детства», когда отказ героя следовать словам и отказываться от своей борьбы здесь всё разрывает. Плюмбум имеет выбор выйти из борьбы, не имея за своей спиной высоких обстоятельств. Иван в фильме Андрея Тарковского считает своим долгом борьбу с врагом, уничтожившим его семью, он не имеет права идеологически отказаться от боя. Он хочет жить прежней детской жизнью, но не может. А вот кассетник Руслана Чуйко говорит нам о том, что наш супергерой может жить полноценной жизнью, но того не хочет. Бондарев поступает как мужчина, отстаивая своё право воевать, а Чуйко в том же стремлении выглядит инфантильно до предела. То бишь здесь его инфантильность сохраняет ему жизнь, но и оставляет в опасной схватке.

ОБОРОТНОЙ СТОРОНОЙ Плюмбума станут даже не вышеуказанная инфантильность, а полное отсутствие чувств и реакции на окружающий его мир и людей, которые граничат с неумением управлять ситуацией и просчитывать риски, про банальную заботу и любовь говорить тут и не приходится. Герой предельно прокачан, но при этом непреодолимо роботизирован. В этом все его отношения с Соней, от которой он бегает не от непривычного чувства любви и влечения к прекрасной девушке, а от его отсутствия. Отчего все его попытки выйти за пределы схемы «познакомился с сомнительными личностями — сдал в милицию» срабатывают крайне ужасно и начинают трагическую цепочку в данной ленте. Герой не может проявить жалость к отцу, пойманного в качестве рыбака-браконьера. Далее обещает манекенщице свободу возлюбленного при сдаче преступных схем, хотя здесь начисто не учитывает милицейский регламент. Далее же впутывает Соню в свои дела с главным антагонистом — гоп-стоппером, укравшим у него пресловутый кассетник.

ПЛЮМБУМ И ЖЕНЩИНЫ — тоже весьма показательный момент инфантилизма героя с одновременной технократией. Уважения тут немного, что мы видим в сценах с Соней и указаниях а-ля «сиди ешь мороженое» или «жди меня здесь». Руслану Чуйко чужды чувства девушки и в ней он видит лишь механизм, которому отдаёт приказания. Такая же ситуация и с теми женщинами, которых он обрабатывает на своём пути. Имея шансы запикапить недурную собой сверстницу или прекрасную манекенщицу, Плюмбум не использует свои шансы, зато заставляет очень горячую женщину качать себя на воде. Впрочем, её же он во сне будет называть «мамой», почему мы видим тот момент, что его навыки «борьбы с окружающей несправедливостью» развились куда лучше по сравнению с межполовыми отношениями. Можно списать было это всё на существовавшую в те времена цензуру и менее развратную стилистику, но из картинки слов не выкинешь и окромя показанного на экране интерпретировать мы ничего не можем. Да и какая цензура и духовность во второй половине 80-х то.

ФИНАЛ открыт, жесток и очень аллегоричен. Погоня, крыша и роковое падение пришедшей на помощь Сони. Плюмбум смотрит на это дело со своим антагонистом, с которым он теперь по одну сторону баррикад. Нечто тут есть от завершения полнометражки «Призрак в доспехах» (правда она выйдет лишь в 1995 году), да и главный герой в отличие от Мотоко Кусанаги получил здесь обратный результат от желаемого, обретая не свободу от своего модерна, а принадлежность к противопоставляемому постмодерну.

ИТОГО: данная лента завораживала в просмотре потенциальной идеей распада СССР и его общества, но этот фильм категорически тяжело сравнить даже с «Курьером», который вышел чуть ранее. Герои таких лент «Остановился поезд», «Инспектор ГАИ» или же чего пуще «Город Зеро», где герои несли собой реальные добродетели советского общества, но оказывались вне всякого выбора в предлагаемых обстоятельствах. Наш же Плюмбум к такому типажу не относится. Чуйко имеет полное право распорядиться собой без ущерба себе и близким людям в критической массе ситуаций. Почему наш вывод прост. Во всей этой супергеройской деконструкции лежит некоторый конфликт человека прогресса с окружающей его действительностью. Чуйко нам заявляют изначальным гением, а в итоге он оказывается не более чем читером, просчитавшим одну систему, но абсолютно неспособного коррелировать свои желания и амбиции с чувствами других людей и банальным человеческим долгом. У Плюмбума не горит его дело — оно поставлено на поток, также как его глагольная мантра. Его борьба с преступностью в структуре своей представляет автоматизированный психоз, инфантильна, опасна для окружающих и абсолютно бесцельна, ведь подкреплена лишь потребительскими интересами (ноу кассетник — ноу пати). Ну как бы если супергеройский образ не идеализировать и не пускать его в вымышленные миры, то на выходе вполне мы получаем фильм на одну полку с творением Владимира Эфроса «В четверг и больше никогда». Технократия и мёртвая природа продолжают брать верх над высшими ценностями и все такие вот дела. Сделано это с классной контрастной подачей главного героя в исполнении Антона Андросова, который тоже контрастно шагнул от высокого искусства до порнорежиссуры, зацепив пару приступов алкоголизма в дальнейшей карьере.

В качестве альтернативной версии событий стоит всё же припомнить финал «Призрака в доспехах», который тогда ещё не экранизировали и даже не издали саму мангу. Однако, проводится схожая параллель поиска себя в мире постмодерна. И, возможно, герой ищет тут не мести за украденный кассетник как таковой, а вступает в пресловутый мир рыночных отношений. Не очень удачно и не по своей вине. Движет им слабость по сравнению с гопником, которую он пытается преодолеть и стать частью уже взрослой жизни. В итоге гештальт закрыт и он с более сильным противником оказывается в идентичных условиях, но и платит свою цену. Цена опережения своего времени — вот насущный вопрос на повестке этого фильма в области метафизики.

Литературная версия №3. Проклятие Анастасии Владимировны

Jago De Holоn — Mon, 26 Jul 2021 20:03:02 +0000

В виду многих личностных и семейных особенностей склонность я определённо с годами выработал склонность к архивированию всего, что попадётся под руку. Не важно будь сие воспоминания, журналы Советский спорт Футбол (дома до сих пор лежит коллекция а-ля 2004-2015), сейвы из Football manager или папка «Мои документы» Пролетарского парка имени культуры и отдыха, в который мне довелось зайти ещё во времена его принадлежности к муниципалитету, когда я имел действующий трудовой договор с театром Эрмитаж в свой великий и смутный 2011 год. Попался мне этот артефакт как раз в момент присоединения Пролетарского парка к ГУ ТО Тульские парки вместе с штатным одеревеневшим рабочим компьютером. И ничего там интересного не было, кроме программы под названием Piter Astro, которая ловко считала натальную карту и совместимость. На дворе стоял 2014 и я узнал две каверзные вещи о том, что на тот момент я сожительствовал два года с некоей Анастасией Владимировной, совместимость с которой составляла аж «-4», но вопреки советам счёты друг с другом мы свели и без опытного астролога, но чуть позже. К слову, астрологи по версии данного софта ещё и рекомендовали мне убраться из Тулы куда подальше, дабы не накликать на себя шквал кармических страданий. Конечно, моя тульская ностальгия не учитывалась в расчётах нисколько. А когда-то после долгих метаний, осев на юге Западной Сибири, я мечтал о Менделе, Косой горе, Московском вокзале, Скуртатово и бесконечных путешествиях на первом или четвёртом трамвайном маршруте. Но мечта эта сбылась точно не так, как мне представлялась. Бесконечные поиски лучшего себя, карьерные неудачи и всё добавляющиеся в ностальгический список места. Теперь Щегловская засека или Скуратово Северный, а может коробка на 56-й школе становились кармическими объектами, которые грели душу на моём пути. Но ценой этой ностальгии были жуткие стенания по задворкам Тулы, пиво Белый медведь и всякие прочие «Ай да ананасы». А дальше жалость к утраченному, уход от настоящего и страх перед будущим. Но потом вдруг взялись светлые времена, потом чуть менее светлые, но зато более прибыльные.

Правда вот и время высоких (на самом деле очень посредственных) доходов у вашего автора уже заканчиваются. Остался один день — 27 июля, а сегодня порядка часа времени работы в «динамично развивающейся компании» (с динамично не поднимающейся зарплатой) прошли в ностальгии и тщетных поисках утраченного. Ведь, как и ровно 9 лет назад, я оказался на Варваровке. Тогда давным-давно мне я остался после дня рождения в 4 часа утра один на один с 0.7 водки в районе Ленина, 21 на посёлке Менделеевский. Не зная куда реквизировать я позвонил гению скуратовского андеграунда Михаилу Кустенкову и спросил:

— Миш, будешь водку?
—Конечно буду, мэн! Приходи на Варваровку на остановку.

После чего я во второй раз прослушал в жизни культовый для себя альбом Питера Кауфмана “Everything All The Time”, дойдя до желанной остановки и дождавшись Мишу, который реквизировал некую консервированную курицу на закуску. Далее мы нашли заброшенный дом по пути на Варваровку, где и употребили вышеуказанную ёмкость. Опосля мы молниеносно отправились на мою конспиративную мендельскую квартиру, до которой я не дошёл пару часов назад метров 100 с целью свести нормально треки нашего совместного проекта Pulsating Boulevard, но наши понятия о необходимости и качестве саунда были слишком размыты, почему всё это дело пять превратилось в рубрику «Мэн, зацени, это же ваще нереальное дерьмо с улицы…» Под все эти дела меня благополучно клонило в сон, но поспать мне не давали мишины угрозы в духе «я сейчас уеду, если мы не пойдём за Ягуаром», а потом начали названивать какие-то представители банка Траст, дававшие понять, что я влез в весьма неприятную финансовую авантюру, расплачиваться за что мне придётся следующие 7 лет. Два раза сходили за Ягуаром, который меня даже протрезвил как и звонок Анастасии Владимировны. Однажды, она сказала мне, что с ней творится что-то странное. Как я болтался в детстве в своё время между городами Мыски и Тула, так и она курсировала на мою родину из Самары, а в момент её отъездов обязательно умирал кто-то из коллег или знакомых её близких. На меня эти чары не действовали до 2014 года, пока не умерла моя бабушка Александра Ивановна. Второй подобный случай произойдёт в 2015-м году, но здесь возможна кармическая зависимость и от учреждения вашим покорным слугой футбольного клуба Трудовые Резервы, но это мы не проверим никогда, где что и от кого зависит. В то утро 26 июля Миша поехал дальше бухать, а я отправился к Анастасии Владимировне, добрав до вечерней тахикардии Рэд Буллом. Но тогда было всё это не важно, ведь наша совместимость тогда явно зашкаливала гораздо правее «-4» в системе координат. В 2015 Анастасия Владимировна покинет меня и встретит на вокзале Мишу, который в своё указал мне на то, что вакансия «Звукорежиссёр, требования: знания ПК» от театра Эрмитаж есть моё более чем кармическое призвание. Анастасия Владимировна никогда его не видела в жизни, но узнает, а через месяц Миша умрёт. Чтобы расплатиться с долгами к тому моменту я уйду из театра Эрмитаж и стану знаменитым комментатором тульского мини-футбола и простым звукооператором ГУ ТО Тульские парки, но откажусь от этого звания, чтобы заняться коммерческой картографией и комментированием футбола, чтобы в предпоследний день этой неладной картографии вернуться на Варваровку и час искать тот дом, где мы раздавили 0.7 водки. Дом я так и не нашёл. Возможно, там играют теперь в пейнтбол, но это место огорожено забором. Да уже и не вспомню, что это было «Парламент» или «Пять озёр».

Про прошествии девяти лет я остался без двух персонажей, едва ли не боготворивших меня, без долгов. Уже года два я пытаюсь найти хоть какой-то смысл в своей уничтожающей меня технократической рутине. И почему-то на том пустыре, где в 1993-1994 годах мои бабушка и дедушка сажали картошку, а я боялся вымышленных чудовищ больше колорадского жука, вдруг вспомнились слова Миши в духе «да это же твоя тема, мэн» по поводу моей звурежиссёрской карьеры, возвращение к которой после 5 лет бездействия вызывает довольно много скепсиса. Ну да ладно. Мой скоро уже бывший руководитель говорил: «Когда же закроют эти грёбаные рынки, а то их не сверишь нормально». Служить этой технократии оказалось выше моих сил, которые ещё и подорваны айдаананасовой хронической гипертонией и МКБ. Во здоровье рынков и пустырей на Варваровке решено было незамедлительно прекращать это мракобесие и возвращаться к истокам своей жизнедеятельности, а там уж куда кривая выведет.

Every-All-Around-The-Way-Lullaby-Is-In-All-Every-Separation-Time-(feat.-P.-Myskovskikh).mp3

Литературная версия №1. ВСЁ НА СВЕТЕ

Jago De Holоn — Sat, 22 May 2021 10:03:13 +0000

ПРЕДИСЛОВИЕ

Я знаю максимум предельно допустимой информации о Питере Кауфмане, а это значит, что я не знаю о нём ничего. А этот человек перевернул мои представления о музыке и в какой-то переломный момент вернул мне интерес к музыкальному альбому как к цельному произведению, что ниспровергали всякие английские пост-панки с Бирмингема и прочие сомнительные личности начинавшей портится в моих глазах музыкальной индустрии после некоего рассвета 2011 года. С того момента мой любимый трек практически невозможно во всемирной паутине. И всё это благодаря одному недооценённому продюсеру из Лос-Анджелеса, выпустившему всего один гениальный альбом в 2001-м году и пропавшему с передовой атмосферного драмфанка и текстепа в 2006-м.

С пониманием сей музыки стоит выделить 3 момента. Всё началось с трека Numina в начале 2011 года, который мне скинул величайший волгоградский продюсер по имени Survied. Трек почему-то попал в ту атмосферу смутной зимы без особых перспектив. К апрелю был скачан таки культовый альбом Everything All The Time, а трек Un Amour Fou попал в один из моих лучших снов 17 апреля при первом же прослушивании, но ода ему планируется в последующих этапах моего творчества.

Ну а далее наступил 2012 год, где в один майский день я плёл в свой театр на северо-восточной окраине Тулы, решив таки осилить альбом полностью. На седьмой композиции под названием All Things я как раз встретился с площадью Тульского комбайнового завода и выкурил сигареты так 2, понимая, что может я ещё и далёк от какого-либо рассказа, но уже изобрёл его концовку. Судьбоносный сюжет тщательно был проработан всяческими стрессовыми порывами 2014-2015 годов и их результаты будут вам далее представлены.

Музыку исполнителя под псевдонимом Pieter K отличает абсолютная точность принятых музыкальных решений. Вряд ли это можно сказать про моё творчество, но очень значимые люди в моей жизни ставили самому продолжительному рассказу в моём исполнении 12 из 10 и отмечали всё то же гнетущее влияние как и любая из атмосфер, которым и была воспета ода. Приятного чтения...

ВСЁ НА СВЕТЕ

Посвящается Мосояну Агаси Маркленовичу — плехановскому мастеру по ремонту обуви, который 27 июля 2017 года стал первым человеком, заподозрившим во мне промышленного шпиона, привнеся новую нотку предвидения в моём творчестве.

— В общем, дело было так — начал Семён, не спуская глаз с прицела — сюда меня занесло случайно, а когда-то у меня было практически всё, чтобы меня здесь не было. Началось всё курсе на 2-м, когда я подавал большие надежды. Я должен был стать сносным офисным работником в какой-нибудь корпорации, да не то, что сносным, перспективы карьерного роста я имел тогда огромнейшие, но никак не мог понять, что нынешние мои авансы — это потолок моих возможностей.
— И кто же ткнул твою тупую бошку в этот потолок? — ответил водитель фуры, которого Семён держал на мушке.

— Всё она и то сочинение по литературе, которую я тогда ещё любил больше неё; но само это задание не относилось к предмету и по сути я его запорол, когда написал полный бред, но она...

Обладатель пистолета выдержал паузу, которая по логике вещей должна была характеризовать приближающийся выстрел, от которого так воротило Семёна. Впрочем стрелять никто не собирался. Преступная деятельность Семёна и Гарика не преследовала идеи насилия, да и самой преступности как таковой. Для Семёна всё началось с той истории, которую он хотел рассказать несчастному водителю фуры, на которого был наставлен пистолет. До этого он жил вполне среднестатистической жизнью сибирской глубинки — детский сад, школа, вышка. Жизнь порой радовала его, но чаще преподносила неприятные сюрпризы. Семёна не принимал никто в его жизни; его ненавидели сверстники за то, что ему пророчили лучшее будущее, да и родители его не то, чтобы поощряли. Возможность продолжить образование была для него вторым шансом уйти от этого сельского одиночества в какой-то лучший и просвещённый мир, что мотивировало до того рокового июньского дня...

— У нас был пожалуй крутой препод, которого за глаза мы называли Серёга, но в глаза всегда по имени отчеству и с большим признанием и уважением. Дело всё в том, что литературе отводилось куда меньше места, чем философии. И вот тогда мы подошли к этой, как мне казалось, вполне легкоперевариваемой теме и самой, что ни на есть избитой «Что такое любовь?». Я легко придумал заново краткий свод правил этикета, рассказал всё с нескрываемой и циничной улыбкой и тут вышла она.
— Она хоть ничего была? Хватит жевать сопли, — парировал дальнобойщик.

— О это была эффектнейшая блондинка с такими округлостями...
— Ну наконец-то хоть что-то интересное услышу перед казнью — рассмеялся водитель в лицо затушевавшемуся Семёну.

— Так вот она вышла читать своё сочинение и всё началось. Своими нежными губами она говорила о том, как сливаются души, о космосе, о преданности друг другу, вере, способности прощать и других банальных вещах, которые как мне казалось сейчас вот-вот выплеснуться и из меня наружу. Я встал первым высказать своё мнение и полностью со всем соглашался, хотя внутри был исключительно зол и ненавидел и её, и сочинение, и всю эту любовную мишуру, но в тот момент я сдался.
— А потом?
— А потом я долго гулял с ней, оказалось, что мы живём в соседних подъездах. Она пошла показывать мне свою квартиру, мы долго бродили по ней. Она завела меня в только отремонтированную ванну, где всё блестело и чувствовалась так нужная в жаркий день прохлада. Я помню как она спросила не хочу ли опробовать её душ и стала в шутку лить на меня из шланга. С нами был один мой корефан, который явно портил картину, глядя на наш смех...а потом всё мы разошлись, а я надолго ушёл в себя; сначала я просто вспоминал это счастливый момент, но когда я видел её я почему-то боялся к ней подходить, что мучило меня пару лет, за которые я полностью изменился, потерял результативность в обучении и кое-как закончил эту высшую учебную богадельню, чтобы поехать сюда искать себя в большой город и наставить на тебя ствол.

— Душещипательная история, — водитель ржал почти до слёз — только зачем тебе это надо? По тебе видно, что в честного дальнобойщика ты не отправишь пулю...да ты в муху даже не выстрелишь. (Это сопровождалось каким-то наставническим издевательским смехом).
— Сёма, бросай этого урку и погнали отсюда, — послышался голос с улицы.

— Ну мне пора...спасибо, что выслушал, — с издёвкой сказал Семён и всё ещё с наставленным пистолетом стал выбираться из салона КАМАЗа.

Но Семён уже не ответил. Добежав да старого Вольсксвагена Гарика, он вместе со своим «компаньоном» растворился на ночной дороге в мартовском сосновом лесу.

Задача была выполнена, но это лишь давало Семёну новый повод для беспокойства, который был связан с его коллегой Гариком, мужиком 40 лет, придумавшим всё это действо.

Знакомство Гарика с Семёном началось с небольшого монолога: Корсаков Семён Владимрович...17 ноября 1985 года...так...город Медвежий хвост...Водкосмедведембухаловский край...то есть из самой Сибирской задницы в нашу среднюю полосу европейской части России...закончил какой-то там Лесосибирский университет какого-то ведения бизнеса по специальности «Управление медведями» (долгий заливистый смех)...извини...рад видеть в наших краях настоящего сибиряка...добро пожаловать в наш лес...» Поржав с минутку, Гарик стал объяснять Семёну все принципы ведения лесного хозяйства в городском парке и жаловаться на то, что сама база вынесена в городскую черту и идти от неё придётся минут 20. Семён понимал, что более интересной и свободной работы ему не найти, а там может и пройдёт эта неприязнь к мрачной и депрессивной провинции.

Сосновые леса успокаивали сердце Семёна, вот уже несколько лет не находившего себя в мраке застроенного города после родных сибирских просторов. Вот он уже планировал наконец-то научить себя навыкам какого-либо творчества, как Гарик нашёл кошелёк какого-то депутата после визита в лес местного губернатора. Со словами «Ему можно воровать мои налоги, а мне нельзя», Гарик сунул содержимое кошелька в свой карман, а часть поделил с Семёном. Но дальше больше...

Всё началось с того, что в руки их напарнику Петровичу, опытному инженеру, который дорабатывал здесь до своей пенсии, не попал в руки старый приёмник, который, попав в его руки, стал без проблем ловить не только радио, но и все близлежащие переговоры по рациям. И тут начался этап какого-то супергеройства в жизни Гарика и Семёна. Гарик смекнул, что мол тем, кто живёт лучше него за счёт не совсем честных дел, пора бы уже и поделиться награбленным с ним и стал разрабатывать планы по получению того, что где плохо лежит. Семён из каких-то добродетельных побуждений втянулся в это дело и всегда справлялся с задачами, перенимая опыт Гарика в стратегическом планировании этого действа. Длилось всё не так долго. Подержав весной на мушке того ни в чём не виновного дальнобойщика, Семён стал избегать подобных мероприятий из-за боязни навредить кому-то непричастному ко всем злоключениям, с которыми ведётся эта «борьба»; единственным основанием пойти на какое-то дело для Семёна был дополнительный заработок, который правда стал быстро пропиваться. Но самым страшным для него было то, что та история с его одногруппницей не давала ему спокойно спать с той самой весны. Он всё время думал завязать, но Гарик настаивал на их честной миссии, ведь деньги эти уходили в большей части на благотворительность.

Определяющий день наступил через год и 2 месяца с начала геройско-преступной жизни Семёна на католический сочельник.

Серый день 24 декабря начался со сбора на база. Не успел Семён войти, как Петрович уже стоял с бутылкой «Путинки».

— Сём, давай по одной и посмотрим как там наша сосновая вотчина, — сказал с порога Петрович.
— Да не лезет в меня уже бухло, не могу больше, — попытался парировать Семён.

— Да ладно тебе, надо расслабляться в суровые трудовые будни, — и продолжил короткий диалог Гарик следующей фразой, — сегодня можно неплохо навариться на чужой жадности, так что давай обсудим всё за стопочкой другой.

В этот раз им предстояло вернуться на тот же склад, где произошёл тот случай с захватом в заложники дальнобойщика. Гарик как-то разыскал Михалыча, с которым согласно плану и надо было Семёну попасть внутрь. Но тогда впервые что-то пошло не так. Михалыча узнала охрана и началась перестрелка, на случай которой у дальнобойщика оказался целый арсенал оружия. Они уже забыли о необходимой коробке с деньгами и с трудом отступили к воротам базы, где их уже ждал Гарик с деньгами. Семён с Гариком с трудом успели на работу, но сумели совершить утренний обход.

Они возвращались в свою коморку, а Семён всё пытался понять, что произошло той ночью и как он смог дожить до такой жизни в этом городском мраке. Никто не был ранен в той перестрелке, но сам факт участия во всём этом добродетельном вандализме вызывал жуткое отчуждение к окружавшей Семёна действительности. В той самой действительности, где они уже, обогнув с Гариком торговый центр подходили к спрятавшейся за ним коморке.

— Гарик, что за дерьмо мы творим? Нас могли замочить и уже сейчас ищут, а у нас и планов то других нет как нажраться.
— Да ладно брось, Сём. Стресс надо снимать, а так ну постреляли немного. Главное заработали.

— Да не нужен мне такой заработок. Ты мне денег дал чуть ли не на квартиру. Мне нужно отходить от дел.
— Потрать их с пользой. Михалыч мне говорил про какую-то там девку ты рассказывал ему. Вот и ищи её и живи уже. Что ты тут забыл. Кругом сосны сплошные, а мы как медведи только и жрём

— Да это была как ты там говорил в городе Медвежий Хвост...где теперь то она?! Но тебе что-то перепадает с этой жизни, когда ты так живёшь?

Ответа Гарика не последовала...мимо проехала синяя пятёрка и раздался выстрел. Семёну повезло: пуля прошла рядом с коленом, только разорвав джинсу.

— Беги в сторону площади, а я в парк — скомандовал Гарик, — встретимся тут же через полчаса...нас уже искать не будут...не спрашивай ничего.

Они разбежались. Семён с первых шагов начал задыхаться, но всё бежал и бежал. В панике он выбежал на улицу, которая была параллельна центральной площади. Предновогодние безумие шло полным ходом и Семёну приходилось с трудом уворачиваться от окружавших его людей. Тут кто-то одёрнул его:

— Сёма, привет! Ты куда исчез? Куда бежишь? — и он увидел до боли знакомое улыбающееся женское лицо.
— Ульянка...ты? Нет! Мне надо бежать...бежать, — Семён выскочил на проезжую часть и перебежал на площадь, сменив направление в сторону базы.

«Только не она, только не сейчас...нет, я не могу больше видеть её, я предал всё во что поверил благодаря ей...» Логическая цепочка оборвалась на появлении сотрудников Милиции на противоположно стороне. Семён, испугавшись, что они увидят его простреленные джинсы, начал перекатываться по кучам снега, которые остались после расчистки площади. Но никто не предал этому внимания, кроме глазеющего проходящего люда. Семён свернул через квартал в сторону базы, где его ждал улыбающийся Гарик с бутылкой водки «Путинка», искренне ненавидимой уже Семёном.

— Сейчас я сполоснусь и выжрем, — радостно заявил Гарик.
— Выжрем?! Да ты видел, что было? Нас точно пристрелят, так и сдохнуть мне в этой серости, хоть кровь моя похоже внесёт краски в мою жизнь, — орал Семён...

Но никто уже его не слушал, Гарик удалился в душевую, откуда вышел Серёга, лесник работавший на пол-ставки и закончивший смену. Семён не обратил на него внимание...поставил с собой бутылку, нашёл свой старый заляпанный стакан и услышал какой-то непонятный то ли истерический смех, то ли стон. Семён встал, прошёл в предбанник и выглянул за дверь, убеждённый с мыслями, что не иначе, как Серёгу схватили по ошибке вместо него и готовят ему приговор. За дверью он увидел, что наконец-то появилось солнце, а их сотрудник благополучно валялся в снегу и ржал, перекатываясь в сугробах. Семён быстро вернулся, налил чуть больше половины стакана.

— Совсем все долбанулись, — сказал Семён, выпил и занюхал водку рукавом.

Свет морозного утра уже во всю бил через окно на хаотично летающие частички пыли, становившиеся светлее, когда на них попадал солнечный луч. Казалось, что это какой-то огромной поток жизней, которые то попадаю в тень, то снова на свет и так и продолжается их движение. И где-то в этом потоке так хотелось Семёну отыскать себя и он долго всматривался в этот светлый хаос, видя в нём то сосновый бор, то медведей в этом бору, где вместо боли была какая-то внутренняя созидательная свобода.

ЭТО МОГЛА БЫТЬ ТЫ

09.-Pieter-K---It-Could-Have-Been-You.mp3

Всё началось со смерти Гарика, который провалился на очередном своём задании впервые в жизни. Это случилось вскоре после Нового Года, когда весь день прождал Семён своего напарника. Лишь звонок дальнобойщику Михалычу разъяснил судьбу Гарика; Семён получил сухой ответ о пуле в лоб и недолгих мучениях своего, как он считал, ближайшего друга.

И здесь начались долгие 3 дня беспробудного пьянства и паранойи. Семён помнил лишь только адрес квартиры Гарика, где должны были состояться похороны: ул. Цветкова д. 73, куда и направился в состоянии, которое сочетало в себе всю горечь траура и жуть похмельного синдрома. Семён, выйдя на нужной остановке, пошёл вверх по улице, но когда он прошёл 71 дом, то сразу же наткнулся на 75, едва пройдя пустырь разделявший эти дома. Будучи на месте уже в 10 утра, Семён в течение 4-х часов упорно пытался понять свою ошибку, но даже его затуманенный разум пытался внушить ему, что никакой ошибки тут нет. Прохожие лишь разводили руками на расспровсы Семёна, попытки найти квартиру Гарика в 2-х близлежащих домах наводили Семёна на мысли, что никаким Гариком тут и не пахнет.

К 15.00 руки у Семёна опустились; ехать на кладбище было уже незачем в такое позднее время, Михалыч больше на звонки не отвечал. Семён, искренне желавший почтить память Гарика в доме № 73, разработал гениальный план панихиды, в который входило растрата всей наличности на выпивку и закуску и непременное распитие всего этого в этом доме-призраке, а значит на том самом пустыре.
Подготовительная часть была выполнена безупречно: 3 бутылки водки, упаковка сосисок, палка колбасы, буханка хлеба, сок и блок сигарет лежали напротив Семёна, усевшегося на бардюр, До отметки в первую выпитую бутылку всё шло по плану, но далее Семён уже оказался в доме № 73, потом стала видёться квартира Гарика. А вот уже и Гарик с женой и детьми. Семён довольно быстро познакомился с ними и уже распивал водку вместе со своим другом.
Жена Гарика ушла готовить еду, а маленькие дети отправились в детскую. Шли долгие филосовские разговоры под имевшуюся у Семёна выпивку и закуску. В квартире появилась Ульяна, как-то незаметно даже без звонка...

— Сём, у тебя всё хорошо? Сколько ты уже выпил? — прозвучал вопрос.
— Да всё в порядке...познакомься с Гариком — это мой лучший друг, — очень быстро заговорил Семён, — ой сейчас я вас представлю...только прости меня за тот случай тогда на площади...я не ожидал тебя увидеть...обстоятельства не мешали, т.е мешали, что совсем намешало мне...не так я ожидал нашей встречи, не в этот день...прости...

— Да что с тобой? Скажи куда отвезти тебя, я могу позвонить, чтобы тебя забрали отсюда...ты же не протянешь на морозе в таком состоянии, да и случиться с тобой, что угодно может. Дай телефон...
— Забирай мне не жалко для тебя ничего...понимаешь Гарик вроде как бы умер, а вот он тут...ты чего молчишь, дружище?

Но Гарик почему-то не отвечал...Семён лишь слышал голос Ульяны в свою трубку: «Здравствуйте, вы знаете Семёна Корсакова...» Далее он перестал понимать всё происходящее...в комнате стало темнеть, Гарик перестал отвечать, пространство постепенно сужалось до пределов зала, где находился Семён. Когда всё почти померкло полось 2 чёрные фигуры, чьих лиц он не мог разглядеть.

— Вы долбанные вестники смерти...ща я вам...забираете Гарика — берите и меня, жизнь за Гарика!, — Семён просто сыпал лозунгами, но под лучал лишь следующий ответ:
— Да ты скотина, если бы не Гарик, то отмудахали тебя да так и бросили здесь подыхать!

— Так бросайте...

Тут свет погас, а затем неожиданно врезался Семёну в глаза. Он очнулся в кабинете с портретом президента на ним, шкафами забитыми папками с надписями «Дело №». Комната была хорошо отремонтирована и стояла новая техника.
Жуткая головная боль мучила Семёна. Приходили разные мысли о Гарике, о том, что вчера Семён встретился с его духом, но что-то там делала его одногруппница, что он ей наговорил, что-то хорошее, а может быть, скорее всего, что-то после чего он её больше не увидит и она не захочет больше его видеть, почему с ней не говорил дух Гарика...он не принял её? Неужели Семён Корсаков — проводник между двумя мирами...на этой прекрасной мысли дверь отворилась и Семён услышал знакомый голос...

— Здорово, Сём! Как голова? Ты чуть было не помял пару моих ребят, а ведь только помочь тебе хотели. Ах да и с Ульянкой твоей познакомился, приятно было, — сказал вошедший в милицейской форме...
— Михалыч? Ты?! Дальнобойщик?! — Семён не верил своим глазам.

— Да вот видишь, Сём. Мент я. Не хотели тебе этого говорить, но и Гарик немного тоже.
— Как это?

— Да дело было в том, что водили за нос мы тебя. Мы не те за кого себя выдавали. Думали всё спокойно обойдётся да с похоронами прогадали, думали дом не найдёшь и успокоишься, а ты уселся по середине улицы и напился до чёртиков , т. е. до гариков...
— Чего?! Вы не честные бандиты, которые борятся с зажравшейся преступной шелупонью?, — резко вскипел н.

— К сожалению. Выйдешь из кабинета, до конца коридора и лестница налево, там чёрный выход, пройдёшь пару кварталов вверх по улице, увидишь кинотеатр, стой сзади него. За тобой заедут...и не задавай вопросов.
— Чего?! Говори здесь, толстый...

— Здесь нельзя, — Михалыч заткнул рот и шепнул на ухо Семёну.
Как бы не хотел Семён свернуть на все 4 стороны, он с трудом прошёл отведённый маршрут и встретил Михалыча...
— На опохмелись хоть, — Михалыч достал бутылку водки и налил стакан Семёну.

—Я пока начну, времени мало, пей и не перебивай...и главное никому ни слова. Лет 5 назад мы начали программу «Разделяй и властвуй», план по разобщению воровской системы, путём стравливания группировок. Ты и сам понимаешь, что Гарик вовсе не Гарик. Возьми вот это, там всё написано, — Михалыч протянул скомканный лист старой бумаги. Нашей задачей было совершение ряда диверсий, действуя под прикрытием. Гарик как раз возглавлял некий геройский план, по поиску честных людей, которым не хватает борьбы с преступностью (Михалыч слегка засмеялся). Тебя оказалось легко завербовать, а с таким спецом как Гарик вряд ли кто пропадёт. Ты по сути разгадал классический сюжет. Серия диверсий, далее смерть напарника и табу на подобную деятельность. Напарник погибает естественно фикитивно. Гарика перенаправили на развитие программы в Дальневосточном региона и он уже давно прилетел во Владивосток, как ты посетил его «жилище». Ты же раньше то и не был у него, да и конкретный адрес он не говорил. Так что, извиняй, ты теперь свободен и не связан больше с госмашиной. Деньги потрать только на себя, что заработал...ты сделал много полезного. Мы больше не увидимся, прощай, береги Ульянку, — Михалыч слегка посмеялся, похлопал по плечу
Семёна и сел в милицейский УАЗ, подъехавший за ним.

— Прощай...

Семён простоял 10 минут, сжимая в руках лист бумаги. Одёрнул его только звонок:

— Да ты крутой, я смотрю. Привет! Как себя чувствуешь, — он услышал тот самый знакомый голос, который 12 часов назад спас его от гибели на морозе.
— Ульянка, привет! Да я не знаю, прости...- Семён побледнел, сердце его застучало быстро и усилились приступы тошноты, вызванные похмельным синдромом.

— У тебя номер был подписан «звонить в экстренных случая» с пометками «Сказать своё имя и, что ты от Гарика»...я так и сделала...
— Спасибо тебе большое, случилось снова что-то странное, не могу по телефону...

— Так давай встретимся...
— Хорошо давай, только дай мне придти в себя немного...пока...

— Хорошо. До втречи!

Семёна вырвало едва он успел положить трубку. Стало легче. Вот он наконец-то добился встречи, которую так ждал уже лет 5, которая казалась ему невозможна уже никогда в жизни...
И которая так и не состоялась. Долго мучил себя Семён всеми мыслями о прошедших событиях. Как он хотел встретить её именно в таких обстоятельствах, чтобы она одна сияла в мраке его жизни и дала ему этот путь наверх. Но с осознанием этого, он всё больше стал сомневаться в своих чувствах, куда не могли добавиться ненависть к Гарику и Михалычу за то, что они использовали его в своих целях, и в тот же момент радость за всех их, ведь им удалось избежать плохих последствий, вероятность которых была, как понял Семён, не так велика в сравнении с его предположениями.

Эта эйфория быстро закончилась и перешла в мучительную депрессию. Так и не позвонив, ей за неделю Семён понял, что он уже не в том состоянии, чтобы встретиться с ней. У него накопилось приличное состояние после всех вылазок, но это не делало его счастливым. Ему казалось, что его миссия закончилась здесь. Награда в качестве любви всей его жизни ему не нужна, надо было что-то менять, но что.
Осенило его лишь тогда, когда он вспомнил, как Гарик устроил бесплатное обучение на права для Семёна после первой вылазки. Денег же хватало Семёну не только на приличный мотоцикл, но и на несколько месяцев вполне достойной жизни. Едва купив новенький байк, Семён легко рванул из этого ненавистного города с тяжёлым грузом преданной самим собою собственной любви, чтобы по прошествии долгих лет оказаться в следующих обстоятельствах...

РОЗЫ ДЛЯ АННЫ

ПОЖАЛУЙСТА НЕ ПЛАЧЬ ПОД УТРЕННИМИ ЛУЧАМИ

Concord-Dawn---Morning-Light.mp3

Семён столкнулся со своей главной проблемой, не то, чтобы очень страшной, но преследующей его всю жизнь и так или иначе влиявшей на его настроение. Тотальная невозможность выполнить какое-то простое задание с необходимым минимальным уровнем затрат мучила его и через 9 лет после вышеописанных событий. Что это было за задание вы узнаете немного позже, но тот факт, что Семёну предстояло выполнить что-то действительно жизненно-важное и стоящее заставлял его резво наматывать круги на своём слегка заезженном байке вокруг когда-то ненавистной ему Тулы, где ровно 9 лет он совершил последнюю попытку зажить размеренной семейной жизнью с карьерой и всеми вытекающими из неё последствиями. Но всё это оставалось лишь на бумаге, а точнее в мыслях Семёна. За свои побуждения он расплачивался все 9 лет назад до новой отправной точки.

Семён с легкостью нашёл работу в крупной компании, где встретил любовь своей жизни (по мнению нашего героя), быстро женился. Не совсем быстро узнал о романе своей столь любимой Светы с директором тульского филиала компании; о её непомерных амбициях он узнал, когда по результатам бракоразводного процесса он потерял квартиру, купленную им на заработанные в спецоперации деньги. На тот момент и служебное положение Семёна было уничтожено. Он познал все этапы карьерного роста и выживания из коллектива, пройдя путь от рядового менеджера до управляющего офисом и обратно. И всё это за то, что он лишь отказался ехать на повышение в Москву один ради сохранения семьи и верности месту жительства, где его впервые ожидал успех. Этот патриотизм и стоил ему обвинений в инфантилизме и последующего развода, сильного врага и переосознания многих вещей. Теперь те времена в сосновом лесу казались Семёну лучшими в его жизни, офисная работа — каторгой, любовь — сказкой, которую он выдумал, чтобы заглушить боль от прошлой неудачи. Ему хотелось бы и снова встретить ту дев ушку, спасшую его на морозе, но развитие социальных сетей позволило ему добыть информацию, что у неё и без него всё неплохо.

Карьерный рост Семёна превратился в деградацию. Зарплата падала с всё более низкой должностью, уволиться же ему не давали ни в одном отделе, куда бы его ни понижали. Всё имущество отошло к жене по решению суда, и Семён мог снимать лишь комнату в замшелой коммуналке, чтобы хоть как-то сводить концы с концами. По правде говоря, наш герой е жил лишь воспоминаниями о той скоротечной любви, благодаря которой он вновь оказался на своём дне, но которую долго прощал и топил весь негатив в громадных количествах алкоголя.
Семён мало кому говорил о своём прошлом, имея полное право на это, ведь люди, с которыми он мог вести откровенные беседы, неизбежно его предавали. Так и вышло с Николаем — его единственным другом в компании. Хотя предательство бывшего заместителя Семёна всего то лишь и заключалось в том, что тот предпочёл его же должность, но в стане конкурента, что в глазах до идеала лояльного начальника виделось едва ли не высшей формой предательства. Но сложные обстоятельства нынешней жизни не могли не поспособствовать Семёну откликнуться на предложение о встрече от предателя.
Встреча состоялась в странном месте. Утро. Малоприметное кафе на пересечении Кирова и Баженова на границе спального района и промзоны. Это не совсем место для дружеской встрече опускавшегося бывшего топ-менеджера со своим учеником, обходящим учителя на десятки позиций. Хотя для Семёна это место вполне подходило...второсортная пицца и такой же чай, который он попивал дрожащей рукой, являлись для него ныне роскошью. Тут вошёл Николай, одетый в дешёвое пальто, джинсы и кепку а-ля Владимир Ильич.

— Здравствуйте, Семён Владимирович! — сказал он садясь за столик.
— Да брось, Колян, уже эту иерархию, — ты же знаешь, что ты один из немногих, кому я позволял не соблюдать эту глупую корпоративщину.

— Ну привет, Сём. Скажу сразу я по небольшому к тебе делу, как бы ты к этому не относился. Слышал, что у вас происходит. Гнобит тебя Светка совсем.

А ты откуда знаешь?

— Ходят слухи, да и сложно об этом не догадаться. Никогда не терпела она тех, кто умнее и лучше её.
— Но я то хуже, да и явно не умнее, раз сижу тут у тебя и жду лишь приговора для своей трудовой. Вообще конечно, если бы не вся эта история, то не стал бы говорить с кидалой...

Но я то на твоё место не метил и на начальниках твоих не женился...
Твоя правда...но я верил в тебя и ты был мне нужен, а как ты ушёл всё и понеслось. Положиться то мне оказалось не на кого.

— Я делал всё, что мог, но мог я больше...сам же говорил, что нельзя развиваться, сидя на одном месте. Если можешь большее, а развиваться не можешь, то так и сожрёт тебя твоё насиженное место.
— Понимаю. Но к этим мудакам...

— А кто тут не мудак? Смотри как с тобой обращаются...хотя и ты не борешься, ждёшь, когда тебя уничтожат, хоть бы в комиссию по труду пожаловался...
— Да не смогу я там ничего выиграть. Купят их всё равно. Ладно давай ближе к делу что у тебя.

— Только не здесь. Пойдём по пиву и прогуляемся по здешним местам.
— Смотри, тут по пивасу возьмём. Пойдём вверх...там если что в догонку взять можно будет. Только я не при бабле совсем.

Николая это факт мало смущал. Взяв по бутылке на брата, он отправился вверх по Кирова с Семёном. 5 минутное молчание до того, как эта улица плавно перешла в Щегловскую Засеку прервал сам Семён.

— Ладно выкладывай своё дело, раз даже ты меня поишь уже.
— Да дело тут довольно как бы касающееся твоего периферийного «образования», ну тех ментовских проделок, про которые ты рассказывал.

— Дальше...- Семён продолжил говорить довольно сухо, хотя он начал какие-то сокращения в сердце, вспоминая своё прошлое и, во многом, свою прошлую любовь.
— Мне нужно, чтобы ты добыл мне кое-что. Тут даже не знаю, я тебе запалачу очень хорошо...сколько ты получаешь в год?

— Если за сотку выходит и то хорошо, наверное...
— 3 годовых оклада? Мне начальство с Москвы проплатит...

— С чего это вдруг?
— С того, что мы можем прибить вас сейчас и не только в Туле...

— Не меня уже...
— Ты согласен?

— Суть дела говори...сейчас подумаем. Давай ещё пару условий? Пока я не решил поставь мой байк в гараж к себе? Не могу уже эту стоянку оплачивать и буду непротив продолжения...
— Продолжения не обещаю, но с байком помогу.

— Что делать?
— Ничего особенного. Нужен доступ в вашу базу данных...нам надо её отслеживать и корректировать наши проекты на следующий год. Зная ваши планы, мы усовершенствуем свои. И сделаем это после вашей рекламной компании.

— Хорошие у вас планы. Но у меня уже нет такого доступа.
— Но ты можешь его достать...ты же с Гусаром в хороших отношениях. Только тебе надо бы быть потрезвее что ли...

Семён задумался. Он сам когда-то был вхож в систему безопасности, но с понижением утратил доступ, хотя связи с начальником службы Дмитрием Гусаровым его до сих пор связывала дружба, основанная на любви к беспробудному пьянству, к которым каждый из них глушил свою одинокую и никчёмную жизнь. Но когда один из них катился вниз, другой же летел всё выше и выше, что только освобождало его гнилую сущность. Ведь у Семёна с Дмитрием были свои счёты, ведь несмотря на завязавшуюся дружбу Семён прекрасно знал, что то начал ухлёстывать за его бывшей женой, дав слово, что при своей славе ловеласа никогда не будет трогать его Светлану, которая впрочем совсем то и была не против крутить романы с двумя первыми лицами организации. Солнечный свет, тем временем, начал пробиваться сквозь хмурое осеннее небо, а Семён и Николай уже подошли к Комбайновому заводу, Семён остановился и открыл вторую бутылку с пивом и начал говорить:

— Всё ясно. Через остановку будет магазин, предлагаю по третьей. Послезавтра получишь пароль...с Гусаром у меня есть кое-какие счёты, а он не откажется завтра бухнуть...всё остальное за мной.
— Я же просил тебя быть трезвым при этом...

— Нельзя стрезву обокрасть алкаша...я более стоек чем он...да и по-пьяни он мне, что угодно расскажет...это я знаю.
— Ты сильно рискуешь. Всё может провалиться...

— Да ладно тебе...мастерство не пропьёшь...всё пройдёт по плану, пусть я его только что придумал.
— Ну хотя бы расскажи план? Я так тебе не смогу доверять...

— Ну давай начнём того, какими двумя словами ты опишешь Дмитрия Гусарова?
— Алкаш и ловелас. Это понятно кому угодно, — Николай рассмеялся.

— Тут ты не прав, — Семён напротив начал говорить крайне серьёзно, — он гордый и в душе крайний раздолбай.
Он не может себе позволить, чтобы его охомутала женщина, зато рассказывает и показывает всем подряд какой он крутой во всех отношениях, включая работу, да и стоит в него попасть бухлу как он проявляет всю свою мерзкую сущность. Отказаться от встречи он не сможет, а хвалиться рабочими достижениями будет, да и пароли он мне показывал на случай «если меня позовут на адскую оргию», как он сказал. Всё вполне решаемо.

— Хорошо...я буду ждать звонка. А по третьей обязательно?
— Ну это как бы дополнительное условие нашего соглашения...

Выпив ещё по бутылке около захолустного муниципального театра, заброшенного в промзону не пойми за чем. Семён и Николай разошлись, но лишь для того, чтобы через пару дней новоиспечённый промышленный шпион сообщил заказчику о том, что выполнил своё первое задание на отлично. Спустя месяц Семён был уволен, получил жуткую статью в трудовую, обещания от Николае о премии в конце года за успешное задание и возможность ехать на все 4 стороны.
Наступила зима и в конце декабря Семён получил последние выплаты. Ему было рекомендовано уехать в другой город и залечь на дно. Семён поехал на север в сторону Москвы, думая по пути обозначить пункт назначения. Это было морозным утром 25 декабря. Семён уже купил сигареты и с улыбкой вглядывался в солнечный свет, заводя свой мотоцикл, как вдруг услышал звонок телефона...

— Сёмочка, привет — зазвучал зазвучал голос в трубке, собеседница явно еле сдерживала слёзы, — это Света...тут такое происходит...ты там как устроился куда? Может встретимся?
— Что случилось? — сухо ответил Семён.

— Мы провалили рекламную компанию...кто-то влез в базу и выдал совершенно другие условия...Сергея Александровича...ну директора филиала...его арестовали, а Дима Гусаров и вовсе пропал, только написал заявление об уходе. Тут всех разгоняют, ходят проверки, меня в суд вызывают. Приезжай ко мне...
— Ты уверена, что твой третий выбор сделает тебе лучше, когда у первых двух это получалось лучше?

— Ты чего? Какие выборы...ты всегда будешь моим Сёмочкой, а я твоей принцессой, разве нет? Ты же говорил так будет всегда...
— Ну ты же сама говорила, что порой обстоятельство меняются, надо двигаться вверх и все дела.

— Но разве ты меня не любишь? Возвращайся, — в этом всё ещё звонком голосе слышалось скорое наступление истерики.
— Скорее уже нет, чем да, а может и совсем нет. Прощай.

— Прощай?! А что мне теперь делать то?! — Светлана уже кричала через слёзы.
— Не плачь...смотри какое сегодня солнечное утро.

Семён положил трубку, вынул сим-карту и поджёг её. Немного посмотрев как капает расплавленная пластмасса, он кинул её на снег, едва жар стал невыносим для рук. Снова он ехал на байке, не зная куда и пытаясь понять была ли это попытка вложить во что-то стоящее свою душу или нет, да и было ли всё это стоящим.

КОНТРОЛЬНАЯ ТОЧКА

01.-Pieter-K---Trefusis-Point.mp3

КОНТРОЛЬНАЯ ТОЧКА

Несколько лет мотался по всей России Семён со своим новым призванием. Крупнейшие предприятия от Кингисеппа до Анадыря были заинтересованы в его услугах и готовы были их оплачивать в желаемых им количествах. Семён менял предприятия как перчатки, крутил романы и интриги, в общем, мало в чём себе отказывал. Но сколько бы ни колесил наш герой по необъятным пределам Родины, всё грустнее и грустнее становилось ему с каждым годом. В последнее время Семён и вовсе воспринимал всё как некую игру, где всё ненастоящее ни любовь, ни дружба, а настоящим был один лишь результат, который давал Семён и едва он становился ненужным, как сразу бы его и подставили.

Семён только что должен был завершить свой визит во Владивосток и уже сидел в приёмной министра рыбной ловли Дальневосточного края. Неделей ранее Семён вполне успешно раздобыл все неровности бухгалтерии одной достаточно крупной компании, которую хотело подмять под себя министерство. Ещё у него были записи телефонных разговоров, среди которых фигурировал какой-то знакомый голос, который казалось где-то слышал Семён, но тот не обладал такой свирепостью и хрипотой. В записях же он в довольно угрожающей форме умолял владельца не идти на условия министерства, а продолжать платить ему.

В тот момент, когда дверь кабинета отворилась, Семён по привычке направил свой взгляд в пол, чтобы не светить своё лицо перед на редкость знакомым ему незнакомцем. Краем глаза, он установил, что вышедший из кабинета с секунду рассматривал его, но не сказал ничего и прошёл мимо. Семён, глянув вслед уходящему человеку, заметил и знакомую уже походку, только по сравнению в воспоминаниями Семёна она стала более тяжёлой и была крайне неуверенной.

Сама встреча с министром прошла успешно. Семён отдал необходимую информацию, оставив при себе лишние телефонные разговоры. Бонусов ему было не надо, на интуиции он принял решение не иметь лишних проблем, пусть и за лишние деньги. План был один — скорее покинуть Владивосток, в котором Семён провёл уже полгода, но его отпугивало наступление зимы. Он не мог поехать на своём байке по заледеневшим дорогам и отправка его превратилась в проблему.

Всё разрешилось по ходу поездки Семёна в аэропорт. На выезде из города его остановили сотрудники ДПС, отвели в машину. А как только Семён отдал свои права, он получил несколько чувствительных ударов в голову...

Семён очнулся в каком-то отделении. Мебель тут не меняли годов с 80-х, хотя сама комната выглядела убранной, стены таили в себе следы ремонта 30-летней давности, точнее следы его долгого 30-летнего отсутствия. Семён понял, что находится где-то на отшибе цивилизации. Правда, долго придти в себя он не мог, ему виделась порой вымышленная квартира Гарика после его псевдосмерти. Мимо бегали дети, ходила женщина, только не такая молодая, как в прошлый раз и все они бросали на Семёна какой-то укоризненный взгляд полный скорби. Семён догадывался уже, что всё это неспроста, как появилась тёмная фигура, брызнувшая в него водой и вот он кабинет захолустного отделения милиции и заплывший, погрузневший и поседевший Гарик...

— Ну здравствуй, дружище! Как поживаешь? — с изрядной долей сарказма заговорил Гарик, — я вот к тебе со всей душой, а ты приехал мне мешать...
— Здорово...не ожидал, что позовёшь в гости, — Семён понял, что на этой встрече ему не то, чтобы рады.

— До меня тут дошли слухи, что ты приехал сюда за чьим-то инсайдом? Когда это твоё воровство стало таким корыстным? Думал ты более благороден.
— Наверное, мы деградируем с годами...твоё гостеприимство тоже совсем не то, что раньше...ах ты..., — последние
две фразы Семёна разделили удары тяжёлыми сапогами в живот.

—Слушай всё было хорошо, — физические упражнения не пошли Гарику на пользу, говорил он очень запыхавшимся голосом, — но теперь министерство прижмёт этого Кранченко, а не я. Теперь ему грозит прокуратура, а моя крыша не нужна. Не туда влез, Сёма.
— Это не совсем оправдывает твоё агрессивное поведение. К тому же что случилось с тобой? Ты стал похож на тех чуваков, с которыми ты вёл борьбу...

— Власть, Сём, так просто не даётся. Да и не твоё это дело. В общем нам надо определить твою меру наказания...тебе подойдёт бесплатный круиз по Тихому Океану? Правда без транспортного средства, к сожалению. Либо отдавай гонорар.
— Заманчивое дружеское предложение...

— Наша дружба закончилась много лет назад. Извини, рабочая этика.
— Твои понятия об этике изменились и очень существенно, я бы посмел заметить, терять то уже нечего.

— Почему же? Всего лишь некоторую сумму с твоего кошелька...
— Мда...7 лет прошло, а ты даже сосчитать не можешь. 7 лет я пытался простить тебе твоё предательство и, по сути, простил. Вспомнил твои слова, что пути людей порой расходятся, а сейчас жалею, что они снова сошлись.
Я даже о загубленной первой любви думал меньше, о предательстве жены, после которого и началась история, которая завела меня сюда, а ты вот так вот: «Жизнь или кошелёк...выбирай, дружище».

— Есть какое-то контрпредложение?
— Ну не то, чтобы есть...может хоть отвяжешь меня от стула. По-дружески и поговорим.

Ладно. И правда, что я зверь совсем. Да и ты безоружен, что странно для представителей твоего амплуа, — Гарик освободил Семёна от наручников.

— Так то лучше. А теперь вот какое дело. Я нашёл странные записи у Кранченко, где есть твой голос, угрожающий расправой и требующий перевода некоторых средств для её избегания. А у меня есть человек, которому я плачу за то, что он собирает всякий хлам, остающийся после заданий. И если я ему не позвоню со своего телефона через 5 часов, то эта информация станет достоянием всех местные газет и прокуратуры. Так что ставить тебе условия я бы не советовал, к тому же парня заработка ещё и лишишь.
— Не понял? Ты что, Сём? Я же твой друг.

— Уже нет. Ты же не думал, что я не забочусь о своей безопасности в таких случаях? Деньги я получаю достаточные для её обеспечения.
— А где доказательства?

— Посмотри эту флешку.

Семён протянул Гарику дисковый накопитель. На записи тому ничего не оставалось, как признать свою вину. Гарик сообщил своим подчинённым об отмене операции и поехал в гостиницу, где остановился Семён. Тот же всю дорогу молчал, молчал и в тот момент, когда нашёл телефон.

— Теперь уходи, если веришь мне, — сказал Семён Гарику.
— Не понял?

— Уходи, я позвоню и он всё уничтожит. Не хочу, чтобы ты имел основания для последующего моего «задержания».
— Хорошо, я понял тебя. Послушай, я буду всегда благодарен тебе за это. Просто ситуация сложилась так, что программу свернули, а мне не дали уйти. Я получил пост, а вместе с ним и работу со всей этой прогнившей системой. А ведь у меня как и у тебя ничего нет, жена ушла как всё закрутилось. Я изменился, всё изменилось. Ты уж извини.

— Всё меняется. Я пожалуй на дно отправляюсь. Байк мой забери себе. Продать можно его ещё более менее. Денег никаких не будет.
— Хорошо. Мне что-то плоховато с сердцем в последнее время. Поеду я домой. Извини, Сём, за конфуз.
— И ты...

На этой сухой и неохотной фразе Семёна они и расстались. Семён вышел через чёрный ход. Ему нужно было срочно покинуть Дальний Восток. Он не очень то доверял Гарику, зная, что очень рисковал в данный момент; человека никакого у него не было и сложно было поверить, что Гарик купится на такую уловку. Семён и правда оставил записи в номере, оплатив лишний день гостиницы, но кто бы их нашёл случись с ним что.

Он много думал о Гарике, о том, что их дружбе теперь наступил полный конец. Его деятельность перестала внушать ему оптимизм. Перед ним стояла задача залечь на дно и во Владивостоке точно не маячить. Он в последний раз воспользовался поддельным паспортом при покупке билета на самолёт. Летел он в Архангельск. Там он никогда не был и оттуда он мог уже летать под собственным именем.

Семён с трудом поборол волнение в Аэропорту, когда в последний раз в жизни проходил по поддельным документам. Приближался 2011 год, в котором Семён и планировал начать новую жизнь. Он уже сел в салон самолёта и закрыл перед взлётом глаза в надежде поспать. Он видел снова детей и жену Гарика в несуществующей квартире. Они собирали вещи и, уже уходя, помахали рукой Семёну. Семён улыбнулся в ответ и услышал вопрос стюардессы о предпочитаемом блюде — в салоне самолёта раздавали обед.

НА РАДАРЕ

02.-Pieter-K---Under-The-Radar.mp3

Когда, Семён, ехал на своё последнее «задание» прошло уже полтора года с тех времён, когда он покинул Владивосток и перебрался в Тулу. У этого города, так и не давшего Семёну того, чего он хотел, явно был должок перед ним; считал так, исключительно, сам герой, вернувшийся исправлять старые ошибки. Правда, чудесное спасение на Дальнем Востоке от новых ошибок его не уберегло. Стоило Семёну снова взглянуть на свой приличный банковский счёт, а затем оценить, что он потерял за долгие годы преступной и не совсем преступной деятельности, как деньги стали перебираться на счета всевозможных тульских баров, клубов и забегаловок.

В начале новой жизни Семён понял, что у него не было ни друзей, ни женщин, да и по сути никого. Родные потеряли его много лет назад, те отношения, которые ещё не испортились, уже невозможно было восстановить, а после предательства Гарика доверие к людям покинуло Семёна. Он и хотел бы развернуть небольшое предприятие, но он был один и доверять свои средства как материальные, так и духовные ему было некому. Браться за первых попавшихся людей было опасно, как и инвестировать уже готовые проекты. Своих планов у Семёна становилось всё меньше и меньше и сводились они к очередному походу в кабак.

Семён даже не удосужился приобрести квартиру и снимал квартиру у какой-то старушки в старой девятиэтажке на пересечеии улиц Кирова и Кутузова. Квартирантом Семён был отменным. Платил за полгода вперёд, пьяным его никто не видел, потому что возвращался он поздней ночью, а домой никого к себе не водил, т. к. даже в нетрезвом виде не очень то и доверял людям.

Изменил один февральский день 2012 года, когда Семён и встретил впервые своего нынешнего заказчика. Утреннее похмелье вынудило его посетить одну местную забегаловку. Кроме него там была группа довольно шумных молодых людей, негодовавших поводу отобранного сегодня выходного, хотя был понедельник. Так Семён узнал, что неподалеку расположился небольшой захолустный театр с совершенно неадекватным руководством. В этой группе лиц выделялась одна девушка. Семён сразу же её заметил, потому что только она не притронулась к продававшимся полуфабрикатам и кроме чашки и неоткрытых пакетиков с сахаром на её участке стола ничего не было. Эта обладательница стройной маленькой фигурки с русыми волосами, стриженными чуть выше плеч, поначалу не вызвала у Семёна много эмоций, хотя показалась ему крайне приятной и всё-же красивой, по мнению героя-алкоголика, впрочем, эта приставка со временем стала исчезать. Семён вспомнил как пытался стать писателем во время своей работы в парке, перечитал пару написанных рассказов и решил посвятить себя творчеству после столь знаковой встречи.

Творческим планам Семёна сбыться так и не удалось, но в его жизни появился нежданный гость. Семён пару раз добрался до театра, увидев там пару посредственных спектаклей, один явно подростковый, а другой определённо подходил женщинам бальзаковского возраста с не самым высоким интеллектом. Но во всём этом мракобесии сияла одна звезда, имя которой звучало Анна Продольнова. Она была безусловно талантлива, так ещё и добавляла немало трудолюбия и старания в свою работу. Семён верил только ей одной и с каждой секундой не уставал отмечать и её широкие глаза и правильную живую улыбку, который дополнялись непревзойдёнными грацией и пластикой.

Семён начал придумывать планы о том, как бы к ней подобраться и хотя бы завести хоть какое-то знакомство, но его планы вечно натыкались на какое-то странное отсутствие спектаклей, а навязываться он не хотел. Вместе их свёл всего лишь случай. Семён знал дату дня рождения Анны, но так и не решался сделать подарок. За вдохновением он пошёл бродить в окрестностях театра и тут увидел её, шедшую по направлению к остановке. Здесь же его как будто и понёс неведомый порыв.; он мигом купил первую попавшуюся шоколадку и подарил её со словами: «Здравствуйте, с днём рождения вас...спасибо за прекрасную игру».

— Здравствуйте! Хотя можно было и привет! — услышал он звонкий ответ.
— Извиняюсь...мы же не знакомы и...- у Семёна дело с таким поворотом событий обстояло. Мягко говоря, не очень.

— Да и за какую игру то? А вот получить неожиданное поздравление с днём рождения всегда приятно. А ты...вы были в нашем театре?
— Да был...ну, конечно, с содержанием дело плачевно, зато прима в прекраснейшем порядке.

—Да что вам....какая я прима. Так зарабатываю лёгкие деньги. Здесь нет суеты и кости перемывают друг другу все куда меньше, чем в государственных театрах, а бывает всё же с кем-то интересным поработать доведётся, но умных людей тут не любят.
— Это извечная беда, к сожалению. Кстати, я Семён.

— Очень приятно. Я Анна. А можно на ты? А то ты ко мне обращаешься, как будто я старая.
— Да, конечно...я просто из уважения, не хотел тебя обижать.

— Странно, думала я его никогда и не добьюсь. А если ты подарил подарок может уже поедем, а то дела ждут.

Так они и прошли в маршрутку. Семёну пришлось проехать с одного конца города на другой, сделав вид, что ему необходимо проехать дольше чем Анне, хотя и жил он куда ближе тульского автовокзала, ехать до которого нужно было добрых полчаса. После этой беседы они договорились встретиться ещё. Беседа оказалась биографичной и содержательной. Мастер промышленного шпионажа, так и не нашедшей ни настоящей любви, ни дружбы, ни понимания узнал родную душу в миниатюрной актрисе, которую вечно задвигали на второй план, ведь мало хорошо знать свою профессию, если ты не учавствуешь в бурных театральных склоках. Да и в других областях жизини эта скромная девушка не познала счастья и была лишь обманута и брошена на произвол судьбы в чужом городе, хотя как и Семён в родной не собиралась. Словом, встреча двух одиноких душ была, как всегда бывает, идеально и случайно спланирована и произошла 15 мая 2012 года.И таких встреч произошло ещё порядка 10, хотя они становились всё менее случайными и с каждым разом всё больше инициировались самими участниками.

С каждым днём постигался всё новый и новый уровень романтизма в их отношениях. Робкие приветы и до свидания, переходили в объятия, разговоры на табуретах потихоньку спускались на пол, ладони уже не могли жить друг без друга, а Семён порой одаривал Анну нежными поцелуями в руки, волосы или лоб.

— Слушай, Аннушка, а ведь я тебе и цветов тебе не подарил ни разу, — хватился в один из вечеров Семён.
— Ты чего, Сёма, какие цветы?! Я люблю тебя и без них, — смеялась Анна.

— Да нет я должен тебе их подарить...ну это не по порядку.
— По какому порядку? Ты чего сам же живёшь как Бог на душу положит.

— А я знаю твои любимые цветы и тебе их подарю.
— Да и какие?

— Подарю узнаешь, — Семён по доброму улыбнулся.

Как давно не было этих улыбок, расслабленных и ничего не значящих. Такие моменты радовали Семёна, куда как этот боевой оскал, что в разговоре с клиентом, что с начальником, то с коррумпированным руководителем, роющим компромат, то с бизнесменом, готовым уничтожить своего конкурента. Здесь же всё было по другому, Семён видел перед собой просто родного человека, ради которого он хотел жить. Когда-то был такой человек, но не было такого Семёна, способного быть с ним; стоило же Семёну сосчитать себя достойным, так его подводила избранница. Сейчас Семёна подводили 2 вещи: язык и мозг. Конечно, исключительно мозг, который заставил язык ляпнуть то, чего Семён не знает.

— Ну и где цветы?, — шутливо спросила Анна, — 2 дня как везёшь. Может сказать уже, а то забыл.
— Неет, не надо. Завтра же будет осуществлена операция «Розы для Анны». Специально байк достану.

— Хаха...не люблю розы. Какие-то они ненастоящие, бесчувственные. Байк? Ты хоть аккуратно ездишь?

«Одним вариантом меньше»...думал про себя Семён, первая мысль за 2 дня. Он поехал на стоянку, чтобы найти своего верного железного коня, на котором он кружил всю ночь в ботанических раздумьях. Человек, который дурил крупные корпорации и заводы, не мог банально найти подходящих цветов. Ведь Семёну надо было выстрелить, обязательно выстрелить, попасть в самую точку, каким-то пустяком осчастливить столь родную и любимую ещё вчерашнюю незнакомку. Ведь он верил до сих пор в эту институтскую буйку о том, что быть счастливым можно лишь в тех случаях, когда ты можешь осчастливить любимого человека. А тут всё было шикарно, вспомни один разговор и всё ты попадёшь в точку. Семён помнил тот разговор...он был о медведях, которых он любил после жизни в Сибири, а Анна имела страсть коллекционеровать плюшевых зверушек, порой ностальгируя о своём маленьком пёсике из детства. В общем, в какой-то степени страсть Семёна она разделяла и даже преподнесла ему в подарок плюшевого медвежонка, которого Семён из-за стеснений случайно оставил у дарительницы. Всё и крутилось вокруг этого подарка в голове Семёна, но момент с названием цветка неизменно выпадал из ряда.

Гоняя до 4-х утра, Семён остановился выпить кофе на заправке, слегка не доезжая Рязанского шоссе. Около входа сидел бородатый мужик, кавказской внешности, калека с выпирающей из живота грыжей, но как ни странно хорошо одетый.

— Здравствуйте! Извините, вы не подскажите как дойти до Храма Всех Святых?
— Если вы подождёте, то я вас довезу ответил Семён, вам тяжело будет идти...тут постоянно прямо надо идти до пересечения Оборонной и Кауля, я бы правда отвёз вас, транспорт нескоро будет.

— Да нет...я давно уже брожу пешком по свету...замаливаю грехи. Я обычный страый цыган, а ты ещё и на такой роскоши повезёшь меня, да и железные кони опасны тем, что смерть от них принять ещё проще, чем в случая с Великим Князем Олегом. А тебя что застравило в такой час разъезжать? Явно приключений ищешь?
— Да нет...девушке тут цветы ищу. Обещал привезти, хотя сама всё говрит не надо, не надо.

— Для тебя как-будто честь важнее жизни...
— Она важнее...всего важнее. Всмысле, Аннушка...девушка...я бы умер бы за неё.

— Ты тут не говори такого. Сходи в церковь лучше или где хорошо тебе. К ней езжай согрей, утро холодное какое-то. А туда не ходи, не нравится мне тот милицейский. Что-то затевают они, а у него плохо всё, хочет героем стать, но погорит.
— Да ладно тоже сидит кофе пьёт. У меня друзья даже среди них есть.

— И враги есть, и нечисто у тебя дело, карма плоховата. Ты хочешь всеми средствами её исправить, а может и не надо до последнего упираться. Ведь можешь меньше сделать...просто разворачивайся и езжай домой. Любовь твоя всё исправит, зачем тебе эти условности и ритуалы?
— Так положено, — Семён улыбнулся и бросил бычок.

— И курить бросай, пить и воровать же бросил.

Семён снова улыбнулся и пошёл в кафе. Странник стоял и смотрел с минуту, перекрестился и направился в сторону Оборонной улицы.

— Что у тебя спросил этот бомж?, — спросил милиционер.
— Да в храм попасть на Кауля ему надо.

— Да побираться идёт небось, много их таких.
— Да нет интересный человек, — Семён поставил кофе. Он начал диалог с полицейским и закончить его в зародыше уже не мог, это была его тактика переговоров.

— Не знаю...
— Ну у тебя свой взгляд на людей, понимаю.

— Да нет...что он мне. Видно, неопасен. Просто он ниже на социальной лестнице.
— Ниже же не значит хуже? Ты грыжу видал у него? Она больше чем он весит по-моему. А вот голова есть у него много знает.

— Но в жизни это ему не помогло...
— Может ему лучше чем тебе, откуда ты знаешь. Он делом занят, а не кофе пьёт.

А я набираюсь сил на конец дежурства. Там тип какой-то с Дальнего Востока сегодня приедет и говорит какого-то говнюка надо ловить. Премию обещают...а тут жена ещё...всё бросить грозится...мол типо я второй у неё после первого брака, терять ей нечего, да и мужу изменяла только так, а я ей какой-то холодильник из рекламы купиь не могу. Весь день только слышу её «купи, купи», я детей твоих ращу...только учу я их всему. А ведь любил её. На суде встретил. Она к шефу своему ходила даже как свидетель на суд. Любила его, а потом такая несчастная была...эх а теперь думаю, что не по любви то плакала, а по деньгам. Порой, закрадываются мысли, да и эти амбиции... «ой типа уменя круой муж, любовник и прочее».

— А как зовут?
— Света...а что такое...

— Да нет ниичего, — совпадения слегка покоробили речь Семёна, — а что держит тебя?
— Да я же всю душу вложил в неё...мне же нужен человек в моей жизни, ради которого я каждый день вижу всё это говно.

— Так порадуй её. Купи холодильник. Я то этого даже и не знаю (Семён этого точно не желал), а так то ну хотя бы новый.
— Но блин это же деньги...так то угробить столько.

— Ну я вот девушке цветы ищу, правда из памяти вылетело какие, но вот ночь езжу, а найду она обрадуется как, да и самому приятно станет.
— Блин, слушай, ты, конечно, сумасшедший как тот дед, но правду говоришь. Вот премию заработаю и куплю.

Вскоре, они по-дружески расстались. Семён бы уверен, что это его бывшая жена, но он был настолько счастлив, что о мести уже и не думал. Думал он ещё долго. Вот и Анна позвонила, сказав, что может подождать его после репетиции какого-то очередного совершенно безмумного министерского мероприятия в театре, устроенным театрально-безграмотным директором, выступавшим режиссёром.

Семён гнал байк уже по Щегловской засеке, когда вдруг он вспомнил мгновенный кукольный спектакль от Анны, когда она взяла подаренного Семёну медведя и, надев на его мордашку резинку для волос сказала: «Смотри! Я — одуванчик!». Семён остановился напротив комбайнового завода. Он пошёл по площади,выложенной крупными плитами и шептал: «Одуванчик! Странно, плюшевый медведь, ты всё-таки так похожь на настоящего, но странно говорить тебе спасибо...и эти одуванчики, которые пробиваются сквозь бетон — это же лучши одуванчики на свете». Слово за словом и шаг за шагом...Семён присел, даже не сняв шлем и сорвал первый одуванчик, затем второй. Он отрывал их с непонятной аккуратностью, как будто бы он находился на чьём-то радаре и каждый шаг его отслеживался. Он не обратил внимания на отановившуюся машину и шаги в его сторону. «Если бы меня шли бить, то моей первым делом я бы просто оборонял одуванчики для Аннушки в рамках операции «Розы для Анны», — так думал Семён, когда услышал знакомый голос. «Гаси падлу!»

— Гарик?!, — воскликнул Семён.

— Ты?! Прости! Не может быть, — Семён повернулся и увидел милиционера из утреннего кафе.

— Стреляй!- снова раздалось в рации.

— Неет...она не стоит того, я же был женат на ней...это полный...

— Света! — крикнул мент.

— Операция «Разделяй и властвуй» закончена. Капитан, Матюхин, вам не кажется, что даже такое повышение маловато для вас, — сказал Гарик по рации, едва услышав выстрел, — вот так лучший выстрел в операции по возвращению госденег куда надо! И прямо в главную деталь механизма. Можно заканчивать, а хорош засранец даже в курс дела его не посвятили. Ты только что убил невинного человека, которого мы подставляли лет 7. Спасибо Коляну, что выследил его проблемы с твоей женой...и её можно премировать.

Пока Гарик объяснял почему он вышел сухим из воды во Владивостоке и целом ряде других городов Семён прошептал: «Аннушка, я люблю тебя». Он услышал запах цветущих каштанов, а в руке бережно держал букет одуванчиков. Этим запахом наслаждалась Анна, глядя на свои любимые цветы, растущие под театром, когда услышала странный хлопок, который никогда не слышали её уши. Звук после которого всё вроде бы осталось прежним, но даже собака вечно лаявшая во дворе перестала это делать. Анна обернулась и посмотрела на медвежонка, подаренного Семёну и увидела каплю воды у него на блестящем буром даже более чем сам медведь глазике:

Ну чего расплакалась, медведица, скоро твой хозяин прокатит нас на мотоцикле и заберёт к себе домой. Мне жаль будет тебя отдавать, ведь ты так мне напоминаешь Сёму, когда его нет. Мишка-одуванчик, ты моя!

07.-Pieter-K---All-Things.mp3

Ретроспектива. There is no Day №2

Jago De Holоn — Tue, 18 May 2021 13:31:00 +0000

ОТ РЕДАКЦИИ

Здравствуй, читатель этого журнала! Вот и прошла неделя с прошлого выпуска, даже больше. Прошёл Международный женский день, с которым я бы хотел поздравить всех читающих и не только представительниц прекрасного пола в этом мире. Наступил Всемирный день диджея, но от особых поздравлений я воздержусь, да и моя диджейская карьера тоже как-то перестала задаваться, если она и вовсе была.

В данном выпуске мы как раз и поговорим о начальных этапах карьеры, которые приснились мне ещё в том далёком году, когда были команды, способные удерживать даже 3-1 против Барсы в ответной игре на Камп Ноу. Осенние сны 2010 года к вашему вниманию. От посиделок с мутантами до долгожданного корпоративного рабочего места.

Немного оговорюсь, что во всех снах будет присутствовать одна девушка, знакомая по первому выпуску. Началась, кстати, осень с того, что в одном из снов я танцевал с ней медлячок под брейккор ремикс на песенку Death Cab For Cutie — Transatlanticism. При чём реально шла дорожка с медленным треком и на неё накладывался очень быстрый биток с басом. И мы что-то нежно вытанцовывали вдвоём в клубешнике, где кроме нас не было никого. Такая вот сонная романтика.

P.s. Долгое время о снах я рассказывал в сообщениях, почему язык тех лет будет сохранён. за исключением неуместного мата, ненужных жаргонных словечек и албанизмов.

THINK ABOUT MUTATION

Ключевые персонажи:

Ваня П. — самый колоритный персонаж в мои студенческие годы, склонный к использованию в разговорах фантазийных историй, выдуманных по неведомым ему причинам

Илюха, Антон — мои друзья по универу, которые уже фигурировали в моих снах

Алёна — девушка, которая фигурировала в предисловии к выпуску

23.10.2010

Не помню, когда я видел Ваню в последний раз, но он мне тогда парил, что работает в каком-то элитном фитнесс баре, приторговывая там чебуреками. Так вот мы и направились с корешами в его фитнесс-бар. Время выбрали не самое удачное — пост-апокалипсис. В общем, в этом баре тусовались мутанты и распивали там водку. Мы пришли и у Вани тоже взяли пузырь. К нам даже подсаживались бухать некоторые мутанты, но обстановка накалялась, меня одолевало чувство какого-то надвигающегося катаклизма. Мы с Илюхой перегляделись и поняли, что пора ретироваться. Мы побежали, а за нами вскочили эти мутанты. Из какой-то долины, где этот бар находился мы выбежали к моей школе и побежали к какой-то огромной лестнице, уходящей в небо. Меня настигал мутант уже и хреначил битой по спине. Я звонил Алёне, но получал по хребту пока не проснулся.

JOURNEY TO THE DUCKS

Алёна — та самая девушка из предисловия

Dallas Stars, Anaheim Ducks — команды НХЛ из Техаса и Калифорнии. За Уток я притапливаю наравне с Детройтом. В том году, к слову, я плотно подсел на NHL 09

15.11.2010.

Я поехал с Алёной в Даллас, типа в отпуск, на выезд. Мы зашли в какую-то пиццерию, как оказалось столовку, которая базировалась в здании поразительно похожим на второй корпус моей шарашки. Мы даже сели в одной из аудиторий. Я пошёл в туалет и вернулся в аудиторию, но тут я понял, что на меня все адово палят, как Дидье Дрогба на Эвребю в ответном полуфинале против Барсы в ЛЧ 08/09. Тут я понимаю, что по иронии судьбы на мне майка Анахайма 97 года. Начался дикий треш...какие-то типчики начали кидать в меня стаканы и плескать бухлом. Какой-то быдлан достал из кармана пакет с блевотиной и вылил её на мою пиццу. Вроде бы был адекватный народ, который успокоил отморозков, а мне дали даже поесть. Эти адекватные пацанчики сказали, что тут организация Быдлоультраправых фанатов Даллас Старз и это типа не пиццерия.

Алёна ушла куда-то звонить, а я застегнул куртец, чтобы не палить свою майку. Тут вошли в зал какие-то чуваки, похожие на участников группы ZZ топ. Все стали перед ними и они прошли к доске. Один из них сказал, что типа сейчас будет молитва и её будет читать «вон тот мудак в чёрной куртке»...и указал на меня. При этом он мне кинул записную книжку и мне надо было в конец зала идти и что-то из ней читать. Я её открыл, а там оказалось всё на английском, хотя все говорили на чистейшем русском до этого.

Я подхожу к какой-то девочке типа старшего администратора и пытаюсь на ломанном английском что-то сказать, но получается что-то типа I’m Not English. А она в ответ начинает спрашивать меня что-то на русском, типа о Туле, о коррупции. Я говорю, что типа всё круто наоборот. И тут возвращается Алёна. Я понимаю, что я говорю уже на чистом английском. Смотрю на Алёну, а её лицо сияет.

КУРИНАЯ ПОПЫТКА РАСКРАСИТЬ СЕРЫЕ БУДНИ

Алёна — девушка из предисловия, её последнее появление в журнале

Неизвестный пацанчик — по сути мой двойник, который был крайне зол на меня.

Под впечатлением от этого сна был написан данный трек:

https://soundcloud.com/pasha-giggz/you-colour-my-dreamworld-that

Или же: Pasha Giggz — You Colour My Dreamworld That You And I Against

You-Colour-My-Dreamworld-That-You-And-I-Against.mp3

28.10.2010

Я поехал в город на встречу с Алёной, но её встретил с каким-то типом, который на меня постоянно орал, что я — лузер и говно, да ещё и ничего при этом не добился в своей никчёмной жизни. Алёна меня защищала и говорила, что у меня есть потенциал. Мы бродили по какому-то стрёмному торговому центру. Порой он напоминал мою школу, а порой просто подъезд хрущёвки, который сдали под офисы. В общем я потерялся и встретил Алёну только ночью у себя дома, по ходу мы там жили вместе. До этого я бродил по холодному городу и не знал куда пойти. Я разбудил спящую Алёну, а она сказала мне, что мы разминулись этажами, когда она с тем типом пошла участвовать в розыгрыше какой-то лотереи. Не могу объяснить свою эмоциональность во снах, но далее я жутко разрыдался. Она меня, сказала, что всё будет круто, а она поджарит мне курицу. Тут позвонили в дверь...я открыл, а там стоял тот быкующий пацанчик. На этом наступило пробуждение.

P.s. ранее для появления Алёны в моих снах существовало множество сюжетов, где она от меня уезжала, а я не мог успеть с не поговорить.

СКЛАДСКАЯ ВСТРЕЧА СО ЗНАМЕНИТОСТЯМИ

Действующие лица:

Филипп Джей Фрай

Бэндер Родригес

По сюжету я находился внутри Центрального стадиона Арсенал. Диктор объявил о том, что я выиграл конкурс комментаторов и должен подойти на ресепшен. Я подошёл к какой-то тётке, похожей на продавщицу. Она мне говорит, что нужно мне отправиться в подсобку и собирать мегарейнджеров каких-то. Я иду туда, а там Бендер и Фрай из Футурамы собирают как раз роботов. Я им рассказал свою историю, но они мне сказали, что их самих объявили как обладателей крутых должностей, а они только и собираю мегарейнджеров.

Далее я получил задание охранять склад круглосуточного Алкомаркета, который находился на остановке «Стадион». Он занимал 2/3 Восточной трибуны. Была ночь и услышал чьи-то шаги. Стало стрёмно, потому что я должен там быть один. Я подошёл к двери холодильника, а оттуда выбежал Бендер с шальными глазами и полторашкой яблочного VDK, который светился в темноте зелёным цветом. На этом сон и закончился.

Вот на такой яблочно-радиоактивной нотке я с вами прощаюсь. Не пейте коктейли и алкогольные энергетики, ведь есть так много прекрасных вещей на этой земле. Также приятных вам снов по ночам.

Ретроспектива. There is no day №1

Jago De Holоn — Mon, 17 May 2021 18:57:07 +0000

ЭМОЦИОНАЛЬНАЯ АТАКА КИСЛОТНЫХ КРЫС

Действующие лица:

Артём — мой лучший друг

Антон — одногрупник

Ульяна — одногрупница, одна из самых красивых девушек в группе,

Катя — девушка Артёма

01.05.2007— 01.06.2007

Снилась такая фигня...ну в общем это был жаркий майский день как тогда было по погоде...у меня в общем как всегда было ощущение какого-то знаменательного события. А мы собирались встретиться и побухать. Были я, мой кореш Тёма с Менделя, еготёлка Катя, Антоха одногрупник и Ульяна. В общем тусили мы на моей хате в Мысках. Я был очень тогда озабочен попыткой подзамутить с Ульяной, но с ней мне удалось поговорить лишь в последнюю очередь наедине. У своего кореша я узнал, что он влюблён в свою девушку (они единственные кто мутили во сне), его Катя же хотела его кинуть и замутить с Антохой, который оказался моим конкурентом в борьбе за Ульяну, но сама Ульяна во время приватного разговора сказала, что влюблена в Екатерину. Как итог, все распили несколько 2.5 Белого Медведя и разошлись. Я был опустошён своими разбитыми чаяниями к Ульяне. Я сел и начал плакать на кухне на табуретке, а по кухне стали бегать крысы из Fallout и брызгать в меня кислотой, которая разъедала стены. Когда кислота попала мне в лицо, я проснулся.
===============================
В следующий период Ульяна до года 2009 довольно часто снилась мне, пытаясь отшлёпать меня красным шипованным ремнём, но я вовремя просыпался. Также в одном сне я долго пытался найти её в каком-то космическом лабиринте, но так и не смог этого сделать.

РОМАНТИКА РАННЕГО АПОКАЛИПСИСА

Действующие лица:

Илюха — мой лучший друг по шарашке,

Неизвестная рыжая девочка — девочка, с которой мутил во сне

Рудаковские гопники — на самом деле это были школьники из сериала Мятежный Дух с банками Яги и агрессивно настроенные

На фото — реальная река из сна

21.04.2009.- 01.06.2009.

Я тогда учился в шарашке по сну и нас куда-то отправляли на какое-то спецзадание в Москву. Я сказал, что манал я всё это дерьмо и никуда не поеду, а поехал мой кореш Илюха. Я же под вечер направился в Рудаково к рыжей девочке, похожей на Мариссу из Мятежного Духа. Я испытывал к ней определённые чувства ( к героине сна). Она работала в каком-то элитном ЖК, который находился вместо родника. Я её встретил и мы пошли гулять по Рудаково, а там наткнулись на местных гопников. Девочка эта, к слову, была правильная (вела типа здоровый образ жизни и даже хорошо училась) и проявляла ко мне симпатию, но была бедна и вынуждена была подрабатывать, а я был бедным студентом по сути как и было тогда. Но нашу прогулку прервали гопники, от которых мне пришлось сваливать на вагонетке по железной дороге, которая была над Рудаково. В итоге я примчал в конец Рудаково, но там вместо Скуратовского шоссе была река Мрас-Су из Мысков. Вагонетка эта просто улетела на берег реки, потому что дорога закончилась. Ко мне подошла эта девочка и взяла меня за руку, я её приобнял и раздался взрыв и над горами показался огромный ядерный гриб, от чего я проснулся.

ИЗ ДНЕВНИКОВ ИРЛАНДСКОГО КАПИТАНА

Действующие лица и географические объекты:

Ирландия — моя первая футбольная команда, собрал с миру по нитке, проиграли с разницей в 5 мячей в каждом из четырёх матчей, страдали от несыгранности и нестабильности разношёрстного состава, первый блин комом, следующая идея создать футбольный клуб обуздает меня только через 4 года.

На тот турнир надо было называть команду как какую-либо сборную.

FLK — один из тульских битмейкеров, подсадивший меня на степ-секвенсоры, один из лучших моих друзей, последний защитник той команды.

Алёна — девушка, в которую я был тогда, а потом ещё год безуспешно влюблён, музы моего творчества в те годы.

Сфера — самый крупный магазин с медиапродукцией в Туле, был в чём-то культовым до появления безлимитного интернета.

21.04.2010— 01.06.2010

Мы шли командой Ирландии на игру Инфинити по Мыскам в мою бывшую школу, там на хоккейной коробке типа должна была состояться игра. Шла вся наша команда и моя на тот момент возлюбленная. Оставалось нам только зайти к Серёге FLK, последнему защитнику. Его квартира почему-то находилась на месте моей, а ещё он приютил какого-то голубя, который вылетел из квартиры как только мы открыли дверь. Серёга спал, а мы все парились говорить ему об этом инциденте или нет. В итоге так и не сказали, и я шёл с Алёной за руку в довольно грустноватом настроении из-за этой фигни. Потом мы пошли в Спар ей за водой через общественный туалет, который был в другом районе Мысков и назывался «Белый дом», только он длился метров 500 и там было много курящего или бухающего народа, да ещё пришлось возвращаться обратно, потому что это оказался Спар без воды. В итоге на выходе я подскользнулся и упал, при чём оказался уже в предбаннике своей школы. Эта ситуация в корне меня прибила и я сидел и ныл на полу, а меня поднимал друг детства (не игравший за команду) и говорил, что всё фигня и я должен дальше идти с Алёной, и не вести себя как тряпка. Я с трудом поднялся и пошёл за ней. Она мне сказала, что всё в порядке, а мы вышли на улицу...в Тулу на крыльцо Сферы на Лейтейзена. Странно, но после этого сна я проснулся довольно и на редкость счастливым.