Мы продолжаем нашу нейротическую сагу. Гений ленингадского метамодерна Тигран Саркисян сгенерировал визуальное продолжение саги «Барсик и Полина», а наш непостоянный автор по имени Паша Мысковских уже по-человечески набросал историю на великом и могучем. Напоминаем, что под тлетворным влиянием брата Марсика Барсик перемешал молоко и экстракт валерианы прямо перед финалом мифического баскетбольного чемпионата, где наш герой выступал в тандеме с тайно любимой Полиной, не простившей ему провал в финале:

Гордо вскинув хвост,
Вдаль направив взор.
Бросил Барсик вниз
Свой последний вздох.
Глупый котик наш
С горя пренебрёг совсем,
Что с полётам со скал
У котов нет никаких проблем.
А прямо под обрывом
Давно как психдиспансер.
Чтобы горячими ловить
Таких вот душ пропащих.
Тут Барсик прокололся,
Как глупенький чудак.
Всё рассказал про Полю,
В награду антидепрессант
Он получил по полной.
Да в тёмных коридорах
Палату люкс с окном,
Решёткою железной и тяжёлой.
Роптал всё на судьбу,
Но в суматохе дней.
Устроили гульбу врачи
В одном из самых буйных отделений.
Зашёл мужик в халате белом
Промолвил: «Барс, давай с тобой по молоку»?
А Барсик захрипел: «Налей уж водки,
Без Поли всё-равно идти ко дну».
И пили до утра они,
Но Барсик оказался крепче.
Схватил ключи и побежал к двери.
«Что ж до свиданья, добрый вечер».
А в этот вечер Барсик не дурак,
Он ситуацию использовал всю с толком.
Как завещал когда-то его брат,
Он прихватил с собой бутылку водки.
Залез потом в универмаг,
Где был отдел огромный рыбный.
На завтрак водка, антидепрессант,
Форель и вид проспектов дивных.
Вот Барс — непризнанный король
Гастрономических шоурумов,
Овеян горестной тоской.
Он без Полины будто в Каракуме
Пустыни странник одинокий,
В котором бьются две стихии,
Освобождение и меланхолия
В его борьбе не победили.
Лишь воспаляют мозг
В любовном забытье
И пеньи летних птиц, шуме дорог,
Король скрывается в загула полынье.

Ленинградский философ и комментатор Тигран Саркисян в преддверии магнитогорского этапа «Тандем-мастера» сгенерировал картинку на тему челябинских чернобровых лидеров позитивных команд. Правда это нейротическое сетевое изображение вызвало массу споров. Дело в том, что на площадке явно происходит неистовый бой. Прекрасная чернобровка готовит дальний средний, один из соперников раздобыл второй мяч, а его напарник летит блокировать девчоночку через нерадивого партнёра или настойчиво просит короткую передачу. И лишь один серый мохнатый друг в форме ФК «Уимблдон» времён Винни Джонса грустно стоит в сторонке, явно отличаясь по цветам от участников поединка. И только наш непостоянный автор по имени Паша Мысковских высказал гипотезу, наиболее реально отражающую суть дела. Встречайте психологическую баскетбольно-любовную драму «Барсик и Полина» от создателей блокбастера «Наташа и Бешикташ»:

Они были одной командой,
Но он чувствовал только любовь.
Пусть рулила она этой бандой,
Не имев шерстяной покров.
Грезил он: «Я весь твой, моя Поля,
От хвоста и до самых ушей,
Ох нелёгкая эта доля,
По ночам ловить для тебя мышей».
Каждым утром, проснувшись, Полина
Их просила скорей по полям отпустить.
Говорила: «Барсик, как это мило,
Но неплохо сначала скилл нарастить».
Тут пошли беспощадные тренировки,
Мяч когтями попытки забросить в кольцо.
Было Барсику очень неловко,
Но держался он молодцом.
Сколько раз был наш котик на грани,
Неизбежный он чувствовал срыв,
Но тандем их дошёл до финала,
Дверь к величию вдруг приоткрыв.
Поля к Барсику стала добрее,
Его часто чесала за ушком.
Никого на паркетах нет красивее,
Лишь мохнатый герой с чернобровой подружкой.
Но финал на дворе. Вечерело.
Поля рано в кроватку ушла,
А у Барсика шалить стали нервы,
Завтра всей его жизни игра.
Залетает с испуга в отдел он молочный,
Не забыв, конечно, про рыбную лавку.
Но внезапно встречается брат по крови.
Говорит, что поможет лишь валерьянка.
Мнил спортсменом себя ярым Барсик,
Даже в форме ходил игровой, баскетбольной,
Во все тяжкие шёл брат Марсик,
Репутацией владев непристойной.
Но боялся Полю расстроить Барсик,
Он повёлся как кошка словам смутьяна.
Только утром мелькнёт его тень у дома,
Возвращался Барсик как-будто пьяный,
Он как хрюшка в ту ночь на грязи повалялся,
Пыльный был явно он выше нормы,
Час поспав, на финал он собрался
И тут понял: пропала форма.
Перед тем как принять грязевую ванну,
Майку с шортами кинул он на сучок.
Белый верх, чёрный низ и коварный
Марсик всё прихватил и стремглав наутёк.
Он помчался скорее на чёрный рынок
И барыгам за долг всё что было отдал.
А в финале Барсик смотрелся дебилом
В тёмно-синих непозитивных тонах.
За дресс-код штраф, естественно, был оплачен.
Но проигран полностью был финал.
Барсик матч простоял истуканом,
А с сиреной Полину в слезах он застал.
По-английски девчонка ушла. Барсик понял,
Что внезапно на отмель любви села лодка.
Бросил вечности вслед: «Прощай, милая Поля,
Видно лишней вчера оказалась селёдка».

Наш непостоянный автор по имени Паша Мысковских прокомментировал жизнь после знакомства с незримым антагонистом:

Беспечен и прохладен летний вечер.
Сладка так горькая вода, и миллионы жизней
Прожиты достопочтенно
C пятницы до понедельника.
Казалось, был железный,
Довольный, сытый, пьяный.
Тут он подкрался незамеченным,
Кинжалом резанул по гландам.
Потом ушёл, но обещал остаться.
Рабочий день начался с боли.
Кровь каплей по эмали белой
Легла, зловещую природу
Его наглядно обнажив.
Теперь всегда он где-то за спиной,
Готовый в ход пустить ножи,
Лишь дам в порыве слабину,
А крест так стало тяжело нести,
И обязательно беспечно вдруг усну,
Оставив без охраны все пути,
Ведь удаль прошлую мне точно не вернуть,
Похмельный сон её к рукам прибрал.
Глаза закрою, понимая суть,
Что в горло целится заточенный кинжал.