Наш непостоянный автор по имени Паша Мысковских что-то там продолжает взирать на наш термоядерный мир сквозь призму светлой меланхолии:

Хоромы мои —
Утренняя гробница.
Вытрезвитель
Противопохмельный.
Нет признаков алкоголизма.
Тремор рук
(невротический)
Не даёт отойти
Ото сна, порубленного
На кусочки.
Утро — душегубка,
Чистилище.
Нет солнца.
Сердца нет тоже.
Хотя может не надо.
Мне и так хорошо.
Нет лишнего взгляда.
Проносятся цифры.
Я мимо кассы
Безумия мира.
Я — это дерево,
Что застыло
В инее
На кольце трамвайном.
Мимо проносятся мысли.
Я — триумфален.
Я — наступающая зима.
Что-то фатальное,
Неопровержимое
Есть во мне
Что-то закрытое
От глобального декадентства.
Мир бренен и бредит.
Но я отказался от темпа.
Мне нужен покой.
Мнения, сплетни?
На кой?
Они — часть суеты,
Слишком скучной теперь.
Я с высоты
Наслаждаюсь
Просветлённой депрессией.
Я будто дерево,
Вмерзшее поздней осенью
У трамвайных путей
В ожидании спелых персиков.

Наш непостоянный автор по имени Паша Мысковских за 27 ноября на писал на одно стихотворение на русском языке больше, чем в период с 2008 по 2010 годы. Публикуем второе из трёх. Третье потом совсем. Пока что отметим, что сей опус был написан в обеденную студёную пору во время путешествия в супермаркет «Ярче» на улице Прокудина, открывшемся вместо супермаркета «Магнит» в одном здании с офисом «Тульского арматурно изоляторного завода». Целью путешествия был кубок, наполненный флэт уайтом. После эспрессо уже по ходу текста для блэк-металла пойдут. Но пока не время экспериментировать, а лучше насладиться тем, что есть:

Серой дымкою в спину
Хмарью прямо из-за угла
Пробивает ноябрь тоскливо
Значит скоро будет зима.
Серебрятся инеем ели,
Во дворах под ногами трава.
Говорят мне, что отшумели
Мои лучшие вроде года.
От них мало совсем осталось:
Краски стёрлись, поредел человек.
Как бы с миром мне не попрощаться
В свой зимой уже дышащий век.
На обед откажусь я от чая
Да пойду по сырому морозу,
Всех врагов с дураками прощая,
Да и собственною беспомощность,
Нерешительность в лучших силах,
Гордыню и высокомерность.
На краю уже на могильном
Прошу простить недолюбленных женщин.
Хотя прав я был по модерну.
Тут меня уже не переспорить.
До упора двигал свою систему,
Значит право имею уйти достойно.

Наш непостоянный автор по имени Паша Мысковских продолжает серию лиричных стихотворений про великолепных муз с некоторым вкраплениями декаданса. Кстати, завтра будет тотальный осенний декаданс, написанный по ходу похода за флэт уайтом из «Ярче» на Прокудина, но это чуть позже:

Утро в коньячной истоме.
Сгустки крови.
Печали моей полотно
Пеленою в глазах заполонило.
Мои музы легли на дно.
Нет ответа от моих милых.
Вчера и вовсе одну чуть не потерял,
Но холодный расчёт и поворот руля
Говорят о том, что муза в порядке.
Как ваш слуга рыбою из весов
Обернулась в сонной дорожной накладке
Из скорпиона стрельцом.
В сердце внезапно зажгла огонёк,
Мы вспоминаем осенний денёк
Серый, сумрачный, нежный,
С посланиями сердечными,
Светлым прощанием,
К счастью, что не навечно.
Пусть на расстоянии
Сердце по ней горит каждое утро,
Даже если времена на душе смутные.
Недосыпа головные боли,
Печали в глазах полотно.
Когда проснулся в коньячной истоме
С пониманием — мои музы легли на дно.