Rose debug info
---------------

Сон как произведение искусства

Позднее Ctrl + ↑

Первопрестольная русского авангарда или Фриджаз-календарь №25

Неделю назад ваш непостоянный автор решил провести немного экспериментальные выходные. Замест выступления четверг на Свободном микрофоне-марафоне у Гриши Мовшица с ожиданием ночного поезда в «Тануки» на Земляном валу с последующими стихотворными опусами про пьяных самураев, автобус Н15 и миксе саке, текилы и «Джек Дэнэлса», был избран коварный план перенести выходные на среду и четверг, чтобы попасть на юбилейный 25-й Фриджаз календарь. Мероприятие это очень чёткое, но вот поймать его дату до составления табеля на рабочем пространстве не всегда предоставляется возможным. В этот раз получилось выловить эту вечно убегающую среду, в четверг читануть 4 опуса и отправиться с кишащей пьяными гопниками и спящими брюнетками последней электричкой в Тулу, параллельно написав 600-е стихотворение в истории. Но эти отчётности вы увидите/услышите потом. Пока что к делу.

И так в среду: «Ласточка», стих про ласточку, заселение на ВДНХ, «Салденс» на пятницкой (блонд плюс индиа пэйл лагер с бургером), а там до «Невротика» форсировать Москву-реку всего-то 18 минут. Место интересное. Этаж подвальный, много колонн, немного посадочных мест и танцпола, а публики уже достаточно, чтобы снимать из удалённых мест. Плюсом в сравнении с «Мотыгой» — хорошая барная карта, где удалось шлифануться виски сауэром и белым русским под атмосферный авангардный музончик без потери жизненно-важных органов, что всегда приятно.

Дмитрий Пейч, Давид Пахлавуни, Даниил Борейко

Зайти в зал удалось под гитарные запилы Пейча и Пахлавуни с ударными от Борейко. Игрался трек минут на 50 по всем канонам пост-рока, то бишь это всё была весьма шумная композиция из переходящих от одной к другой постепенно композиций. Вызывало ностальгию по легендарному тульскому ВИА [club17583190| AM against FM ] с их монументальными опусами в духе «Set fire upon the sun» и «Turn of the winds», но без синтезатора, а с рядом шумовых эффектов и периодическими вокальными вкраплениям, отсылавшими к старой забытой картине «Осень, Чертаново...», построенной на индустриальной музыке. Ударные порой выдавали драмнбейсовые партии в лучших традициях Pieter K. К слову, широко известно, что легендарный альбом всея атмосферного поломанного ритма «Everything all the time» рождён из джазовых импровизаций товарища Питера Кауфмана на ударной установке. В шумах улавливались нотки козырного ансамбля Cul de sac из столицы Массачусетской губернии, что тоже данному проекту добавляло только больше респекта весьма хаотичному проекту (а там все такие) в беспощадном сердце вашего автора.

Рада Анчевская, Константин Сухан и Олег Даутов

Переходим к виски сауэру...ой то есть второму блоку. Собственно, при технологическом решении отправиться на сие мероприятие афиша была прочитана именно до словосочетания «Рада и терновник». При этом ваш автор помнит лишь тот факт, что «Рада и Терновник» залетала на какое-то «Нашествие» в те годы, когда я им интересовался, при этом вряд ли даже была там прослушано, но что-то говорило, что таких легенд даже по сомнительным воспоминаниям упускать нельзя. Не знаю, что это говорило, но оно было право. Рада Анчевская знатно нашаманила своим бубном, а Константин Сухан выдул множество тончайших звуков из своей трубы, когда Олег Даутов нагнал очень нужного гитарного диссонанса. Отличная музыка, чтобы залипнуть в какой сомнительный ноябрьский серый день, перетекающий в тёмный вечер, ну и для конца мая с бокалом виски сауэра в руке идёт идеально.

Трио Петра Петяева и Сергей Летов

В общем, тут вышла забавная коллизия. Когда Сергей Летов посещал родную для вашего автора Оружейную столицу, то ваш автор об этом не знал и не попал. Когда поехал в Первопрестольную, то уже был уверен в бренде «Петяев», что и афишу не дочитал до конца, а тут бах и Сергей Летов вместе с трио Петра Петяева. Оказалось это весьма неожиданным, а наличие бокала белого русского в руке не помешало снять 12 минутной видео. Легендарный фриджаз не только в классические два саксофона, но и весьма непрофильным импровизациями на духовых инструментах и контрабасе. На концерте Эрика Долфи или Сан Ра ваш автор теперь побывает при довольно специфических и не очень жизненных обстоятельствах, но и увесистую частичку величия своего времени удалось зацепить.

Мораль же сей басни такова, что «Фриджаз календарь» стоит вылавливать чаще, чем раз в 2 года, а читать афишу не обязательно, ибо это будет нечто монументальное. Ну и главное наблюдение. Как ни странно, но русский авангард находится не в креативном и творческом Ленинграде, а где-то в подвалах классической и незыблемой Первопрестольной. Интересный поворот, за которым будем следить далее.

Johnny Truro — Колыбельная поздней городской осени (п/у Паша Мысковских)

Тем временем набирает оборот нашего импровизатора Джонни Труро при поэтических вкраплениях непостоянного и величайшего Паши Мысковских. Всем прекрасным дамам — добрых снов! Всем остальным — фриджаза на каждую душу населения!

Паша Мысковских — Нужная дверь/Углеводное окно

Сегодня представим стихотворения непостоянного автора по имени Паши Мысковских в двухдневном цикле имени 25 и 26 мая:

Нужная дверь

От Мутко до Катара
К Платини и Блаттеру.
Денежки зелёные
Шли да не краплёные.

Соккер этот ваш — bull shit.
Может даже donkeyshit
Считали в Америке
До полной истерики.

Несли и несли всё нефть,
Минуя нужную дверь.
Загрустил Капитолий
Без денег в чистом поле.

Достала коррупция,
Больше проституции,
Когда по ФИФы воле
Ты оказался не в доле.

Чтобы забрать свой мешок
Нужен был электрошок.
Не нужен вовсе бартер.
В тюрьме нужен Зепп Блаттер,

Также Платини этот
Пусть развлекает зеков.
Всем нужен Инфантино,
Пусть лысая скотина,

Но он то точно знает,
Что лучше не бывает
Американских денег
И шейх, в ногах что блеет.

А вы xG считайте.
Пусть в доме будет счастье.
Доход приносит соккер,
Тем, кто выиграл в покер.

А вы вкушайте водку.
Сидите по подлодкам.
Всё то не ваше дело,
Коль вы народа тело.

Вы просто инородны,
Совсем не вышли мордой.
Смотрите наше show,
Пока летит ваш snow.

ФИФА теперь за нами.
Правь Асашай полями.
Гренландия на потом.
Вы кушайте суп с котом.

Иначе за вами придём.
И «Хаймарс» пустим в ваш дом.
Подайте скорее трап.
С любовью, Дональд Трамп.

Углеводное окно
Самарская горечь и мрак улиц тульских
Сошлись в скромном мае моём.
Поволжья печаль и мрак среднерусский
Мечтают со мной о былом.

О время ты — сволочь, без мозга скотина,
Куда и зачем ты летишь.
Диагноз я знаю, печальна картина,
А в кисти мазках лишь одна тишь.

Забыт непригоден, оставлен я волей,
Вышел на пенсию рано.
И век мой не дремлет, как хлам с антресоли
Меня снесёт, как барана.

Я рогом упёрся, я встал в эту позу.
Рогом воткнулся к забору.
Как пламя в воде и свинина в мимозе
Я пру не в свою пору.

Прости, если можешь, прощай, если хочешь .
Иного больше не надо.
Я буду живым всегда, так между прочим
До самого листопада.

И пусть провалился, но центр я выжег.
Мечтаю, как было давно.
Самарская горечь — решающий прикуп
В углеводное в ночь окно.

Ранее Ctrl + ↓