Непостоянный автор по имени Паша Мысковских сегодня удачно отправился в район Московского вокзала, а перед выходом написал ещё одно стихотворение:

Кончилось время великих сражений.
Эпоха пришла к нам не та.
Новых не будет уже приближений.
Будет одна суета.

Кому подражали, ушли те герои.
Дорога за ними пуста.
В этом безумном веков долгострое
Заняли мы их места.

Только века нас давно отвергают.
Прогрессу тех не понять,
Кто вышел с мира картонных сараев
Свою имеет печать.

Время при этом печати не терпит.
Любит клеймить только само.
Мир превращает в огромнейший вертеп,
Где вместо самбо сумо.

Я в этой гонке — лишь бегущий от смерти.
Мне вроде ещё повезло.
Сколько судьба злых козней не чертит
Я всё живу им назло.

Пусть за душою порой просто пусто.
Точка на шатких границах.
Пусть изнутри скребут в сердце мангусты,
Чудятся виселицы.

Я только стою и смотрю сверху вниз,
В глаза толпе серых зевах
Да порази меня по венам хоть криз,
Не отступлю ни на шаг.

Я лишь вдохну воздух жадным глотком,
Как из стакана вина.
Так и закончится мой главный сон,
И, может, начнётся весна.

Все старые двери закрыты,
И ветер гуляет кругом.
А небо серым корытом
Всё перевернуло вверх дном.

Дождь бьется отчаянной скорбью,
Пробив сей небесный плафон.
Дождь бьётся нечаянной дробью
О яркий мой капюшон.

Летят поезда, семафоря
О том, что пора убежать,
Оставить последнюю волю
И бросить в больнице кровать.

Но небо все куполом давит
По бляшкам, забившим сосуд.
И сердце кровью отравит,
Устроив в обед страшный суд.

Апрель так берет безмятежно
Уничтожает былой организм.
Весна разыграла мне нежно
Прощальной строки эпикриз.

А я наблюдаю неловко
Над гордой волной пресных вод.
В Воронку летит Серебровка
И дальше в Упу течёт.

На начало рабочей недели
Вкус болотный морозного бока.
Горечь с сахаром в ледяной трели
С черной банки свежайшего срока.

Эх, перроны, районы вокзалов.
Сколько в вас много переживаний.
Проводами покрытые залы
Идеальны для всех расставаний.

Расставаний с друзьями, любимой.
Лет на десять, а то на весь век.
Кто-то вечной тревогой гонимой,
Кто спокойно взял покинул свой брег.

И так сладостны горечи нотки
По зиме перед сроком Христовым.
Улетают земные заботки,
Раньше взятые за основу.

Все умчались в разные стороны.
Фонари давно уже не горят.
Край хрущовок и шума вагонов —
Дарят миру этот сказочный чад,

Что на утро останется болью
В мире глупости ноткой похмелья.
Но запомнится только застолье
Да вокзал, в ночь запевший свирелью.

Дамы и господа! Наш непостоянный автор по имени Паша Мысковских не перешёл в «Манчестер Юнайтед» и написал новый стих. Если тот был последний, то это первый после сорвавшегося в первоапрельских канцеляриях трансфера:

Пролетают в окошке вечернем
Силуэты любимого города.
Вечер тихий, апрельский, весенний.
На повестке дальняя дорога.

По линейке сталинской парковой
Улетает под вечер автобус.
Так дышится временем знаковым,
Каждый угол написал тут свой опус.

В этих стенах тихонечко дремлет
Мысль заветная о чём-то былом,
Здесь качаются вечные ели
Превращается вдруг жизнь в ясный сон.

И во сне этом вечно остаться
Порывало всё извечно в груди.
И желание былью вдруг сталось,
Стало внезапно светло впереди.

Были светлые рассветы и зори.
Стало сердце гореть ярким огнем.
Заговор против самой злой хвори
Шёл из сердца беде напролом.

Шёл он шёл, но внезапно апрелем,
Оборвался тот великий поход.
Жизнь идёт бесконечным похмельем,
Пролетает жизнь через чёрный ход.

И крадутся по городу тени.
Миражом манят они сквозь окно.
Заглушают птиц они пение.
Лезут сволочи кошмарнейшим сном.

И спасают от них только рельсы,
Паровоза в ночи громкий гудок.
Той любви, что жила в этом сердце,
Догорает на душе уголёк.

ВНИМАНИЕ! ПОСЛЕДНИЙ СТИХ!

Дамы и господа! Наш непостоянный автор по имени Паша Мысковских подписал контракт с Манчестер Юнайтед. В футбол он играть не научился, но зато мед. комиссия признала сердце и поджелудочную автора худшими органами на свете, почему Юнайтед срочно расторг контракты с Мейсоном Маунтом и Тарелом Маласией, чьи коленные суставы и пали в этом споре. Зарплата Мысковских составит около 5000000 фунтов в неделю, обновив рекорд книги рекордов Гиннесса в области бесполезной траты денег. Первым же приобретением автора стал гарем парагвайских моделей с банным комплексом в центре Манчестера. В связи с этим стихов больше не будет. С праздником, друзья! Это вам на прощание:

Я — Италия.
Мне давно чего-то не хватает.
В порядке латерали,
Но нет нападающих.

Я — Италия.
При креативном потенциале,
Ищу диагонали
Для навесов насущных.

Я — Италия.
Цезарь в мире, где правят парии,
Пытаюсь сыграть пари.
В казино всё куплено.

Я — Италия.
Судьба кажется моя печальной.
Но смеюсь и плачу я,
Апеллируя к судьям.

Я — Италия.
Вино — жидкость артериальная.
Не мила мне дальняя
Дорога за кубками.

Я — Италия.
Судьба моя фрактальная.
Промахи фатальные
Не судить смертным людям.