Rose debug info
---------------

Сон как произведение искусства

Позднее Ctrl + ↑

Паша Мысковских — Женя и Миша

Встречайте поэму «Женя и Миша», от создателей поэмы «Барсик и Полина». Добавить даже нечего:

Однажды брюнетка по имени Женя,
Решила на мёд пересесть с варенья.
Нашла проблемы она с лишним весом,
Став читать Лукомского вместо Контрпресса.

На весы девчоночка, конечно, не вставала,
А формы её красотой девятого вала
Мужские топили в пучине сердца,
Но совершенство, увы, на знает венца.

Примерно чуть ранее один бурый Миша,
Упал как-то с ели, залезая за шишками.
Понял Миша, что в былые года,
Проблем бы он не испытал никогда.

Но больше теперь он не медвежонок,
А значит пора восставать из пелёнок.
Пора начинать тут серьёзный процесс,
Полез бурый мишка прямиком в бузинэсс.

Он дело себе по душе выбирал.
В аренду он взял огромнейший зал.
Заручился поддержкой у местных пчёл.
Расчёты кредитные он произвёл.

Потом обошёл все Роскомнадзоры,
Украсил витрину красивым узором.
И начал он лить из массы бочонков
Сладенький мёд красивым девчонкам.

Девочки очень медведя любили,
За ушком чесали, чаевые дарили.
Познал медвежонок быстро успех
И злобной судьбы не расслышал он смех.

А девочка Женя пришла уж в движенье,
Вошла в магазинчик прямым наважденьем.
Наш Миша всё понял, был он не дурак,
Что сердце забилось девчоночке в такт.

Он стал очень ласков и подобрел,
Всегда был таким, но тут захмелел.
Он Женьке сорта сердцем всем подбирал,
Медовые лекции слышал весь зал.

Но в нашей истории одна есть загвоздка,
Когда героиня в рот засунула ложку,
То Мишу пуся назвала вдруг дебилом,
Ведь мёд совершенно она любила.

Проблемы они, если есть с лишним весом,
То голову дурят обманчивым стрессом.
И дева в аффекте вдруг выбирает
Всё то, что по жизни её раздражает.

И вот ненавистен стал ей наш медведь,
И в морду летела ему точно медь
От крышки любой предложенной банки,
А дальше товар превращаться стал в склянки.

Охрана приехала, но лишь смеялась,
Как девочка с бизнесом расправлялась,
Сказала в Думу напишет и в Потреброснадзор,
Что Миша лишь сердца девичьего вор.

Так долго ещё продолжался абьюз.
Потом взял поллитра медведь и арбуз.
Помянул что осталось от магазина,
За угол ходил очень много и криво.

Домой возвратилась девочка Женя,
Слупила банку из малины варенья.
И снова дух мира в девчонке воскрес.
Села читать она Контрпресс.

Медведь забанкротился наш бесконечно,
Поехал за тем, чем пахнет вечность.
Устроился он работать в Газпром,
Строить газопровод умотал в Оймякон.

Там мало брюнеток и много лосей.
Не пустить на морозе слёз и соплей.
Души разбитой он нашёл искупление,
В мерзлоте с низкой плотностью населения.

Паша Мысковских — Синдром одинокого гения

Наш непостоянный автор по имени Паша Мысковских написал несколько строк о среднерусских творческих мотивах:

Не учил эти ямбы с хореями
И пишу очень прям так себе.
Я с судьбиной вступаю в прения,
Не желая остаться во тьме.

Я иду все дорогой пустынною,
Где не встретить никак ни души.
Наслаждаюсь прекрасной картиною
Городской среднерусской глуши.

По промзонам и стареньким дворикам
Я бреду по дороге к мечте.
Только в сердце раненом колики
Говорят, что пришел я к черте,

Где пора доставать мне чернильницу
И хвататься скорей за перо.
Чтобы дух родимой околицы
Рисовать всему миру назло.

Я хочу, чтобы где-то осталась
Эта старая бренная Русь,
Что в груди щемит вечной жалостью,
Оставляя светлую грусть.

Мне неведомы модные веянья.
Дам прогрессу сегодня отбой.
Лишь синдром одинокого гения
Освещает мой путь роковой.

Паша Мысковских — Где-то скорей после НЭПа

Традиционная утренняя лирика нашего непостоянного автора по имени Паша Мысковских, написанная о прогулках в закате южной окраины:

Сколько пройдено было дорог.
Сколько прожито километров.
Это мой пешеходный оброк.
И пути трамвайные лентой

Всё уходят в южную сторону,
Всё так манят в окраину родную.
Я иду, сердцем всем зачарован,
Всё так манит меня к югу Тулы.

Я иду мимо рынков с ларьками
Одинокой своею дорогой.
Век не ведом мне термоядерный
Со своей парадигмою строгой.

Я застыл где-то там в серебре
Или где-то скорей после НЭПа.
Я — поэт, у кого на судьбе
Лишь осталась канувшая Лета.

Мне неведом успешный успех.
Я всего лишь идущий к реке.
Часто ставят мне этот грех,
Но им места в моей нет строке.

Есть лишь вечность трамвайных путей.
Мой спокойный размеренный шаг.
Вечер без прикрас и страстей
И поэт, уходящий в закат.

Ранее Ctrl + ↓